– Думал нечистая сила, а это солдат. Ты правда наш солдат, не шпион? – решился спросить мужик.
– Да не шпион, не шпион, положите вилы, – сказал Василий. Нельзя было ему говорить первому встречному, с какой миссией он здесь. – Вот отстал от части, чуть не замерз, в церкви спасался от холода.
– Да ты весь синий, пойдем скорей в дом, мы рядом живем, – и мужик потащил Василия в дом.
Дома улыбчивая хозяйка захлопотала:
– Ой, солдатик, совсем ребенок, куда же вас в мороз посылают.
– Да от части отстал он, – объяснил хозяин. – Я вначале подумал, что он шпион, а он, оказывается, в церкви нашей спасался от мороза.
– Вот видишь, дед, церковь спасает, хоть и закрыли ее в тридцать шестом году и поджигали ее, а она всех согревает. А ведь был когда-то Успенский храм, построенный в середине девятнадцатого века.
– Какой, бабка, согревает, парень чуть не замерз. Ну-ка налей нам самогонки для сугреву.
– Нет-нет, за мной сейчас машина приедет, да я и не пью. – Василий вытащил из вещмешка консервы, хлеб, положил все это на стол и направился к выходу.
– Да куда же ты? – остановила его хозяйка.
– Спасибо большое, через пять минут за мной машина подъедет, – сказал Василий.
И правда, через окно он увидел подъехавший к церкви «ГАЗ» со стойкой для антенны. Распрощавшись с гостеприимными хозяевами, солдат пошел к машине. Лейтенант сидел рядом с водителем и говорил по телефону. Забравшись в хорошо натопленный автомобиль, Василий сел рядом с рядовым Хомяковым. Хомяков, как всегда, с улыбкой спросил:
– Наверное, замерз в этой полуразрушенной церкви, но связь с тобой была очень хорошая.
– Бог помогал, – полушутя-полусерьезно ответил Василий.
Лейтенант, закончив говорить по телефону, сказал:
– А знаете, рядовой Киселев, начальник штаба дивизии объявил вам благодарность. Проезжая мимо Бронниц, он сказал, объявите радисту, который обеспечил бесперебойную связь, благодарность.
– Да вы шутите, товарищ лейтенант, я сразу поставил ретранслятор и ничего выдающегося не совершил.
Продолжив дальше собирать «кукушек», лейтенант оставил Киселева с Хомяковым около тригонометрической вышки, где должен был располагаться рядовой Попов, и, уезжая, сказал, что вернется через час. Объяснив, что где-то в поле тяжелый танк застрял в болоте и нужно подогнать БТР-60п и вытащить его, поэтому там нужна постоянная связь.
– Чудеса, – сказал Хомяков и спросил: – Что, они танк вытащат бронетранспортером? Кстати, а где наш рядовой Попов?
На вышке нет станции, нет и самого рядового Попова. Пошли солдаты в деревню, видневшуюся метрах в пятистах от вышки. Постучали в окно крайнего дома. Вышла женщина.
– А, вы солдата ищете, да он у нас дома, чай с дочкой пьет, – улыбаясь, сообщила она, – заходите и вы, чайку попьете.
Зашли. Сидит за столом рядовой Попов, красный как рак от чая или от неожиданности, что товарищей увидел. А девушка, высокая, стройная блондинка, вытаскивая сковороду с пирогами из огромной русской печи, улыбаясь, говорит:
– Дорогие защитники нашей Родины, раздевайтесь и к столу.
– Да нам неудобно, мы в валенках и пришли за Поповым, чтобы сразу уйти.
Попов вскочил из-за стола и попытался пойти к ребятам навстречу, как Наташа, так звали девушку, его остановила:
– Ну что ты, Гена, сиди, и ребята присядут, отогреются, попьют чая вместе с нами.
Сняли ребята шинели и, не выпуская автоматы из рук, так и сели за стол. А автомат рядового Попова стоял у двери рядом с веником. Перемигнулись Василий с Валентином, но за стол присели. Хозяйка, Анна Михайловна, была очень говорливой. Но через десять минут солдаты поняли, что она искренне рассказывает все о жизни в деревне.
– Остались мы вдвоем с дочкой, обе работаем в совхозе. Живем в скуке и тоске, соседи такие же, как мы, молодежи нет, ребята в армию кто на три, кто на четыре года ушли, отслужат, а домой не возвращаются. Вот для нас с Наташей праздник выдался, Гена к нам заглянул в гости. Вчера в клубе они так отплясывали, всей деревне на зависть.
Растрогала она своими рассказами Василия с Хомяковым, что забыли они про автомат Попова, стоявший в углу, как ненужный элемент. По рации сообщили: «Скоро будем за вами, через тридцать минут выходите к дороге».
Солдаты стали прощаться:
– Спасибо вам, хозяюшки, пироги с малиной и чай с мятой запомним на всю жизнь.
А рядовой Попов, прощаясь с Наташей, схватил стоящий в углу автомат и пообещал обязательно вернуться.
Шли ребята к дороге молча, в душе презирая Попова за уход с вышки вместе с радиостанцией и вольное поведение в деревне, за знакомство с девушкой и брошенный без присмотра автомат в углу дома. И стали по очереди его воспитывать:
Читать дальше