Виктор, изображая из себя старшего брата, заявлял, что прекрасно помнит то время, когда Милочки и Нины и в помине не было, и он наслаждался полной свободой и вседозволенностью. Девочки смеялись и не принимали его заявлений всерьёз.
Нина, если и помнила что-то о первых годах своего существования, то тщательно скрывала или искренне забыла, как досадную помеху, мешающую жить спокойно.
Сергей Викторович, отец семейства, был начальником железнодорожной станции. Это была большая узловая станция, через которую в разных направлениях ежедневно проходило множество пассажирских поездов и, ещё больше, товарных составов. Его рабочий день редко оканчивался в положенные пять вечера. Обычно он возвращался домой намного позже. Однажды поздним осенним вечером мама Люда открыла дверь на звонок Сергея Викторовича. Он вошёл, за руку потянул через порог ребёнка. На ребёнке было мокрое от дождя мужское пальто и чёрные резиновые сапоги. Под одеждой оказалась маленькая девочка, худая и грязная.
– Это чья? – спросила мама Люда. – Кто это?
– Я – Нина, – неожиданно четко произнесла девочка. – А он – мой папа, – она подняла голову и посмотрела на Сергея Викторовича.
– Это моя дочь, – неуверенно повторил за Ниной Сергей Викторович.
– Откуда? – спросила мама Люда.
Она ещё не определилась, начать ли ей возмущаться сейчас или дать мужу раздеться.
– Надо бы её в горячую ванну. Она промокла вся. Как бы не заболела, – сказал Сергей Викторович.
– Откуда она взялась-то? Она кто? – в растерянности повторяла мама Люда.
Откуда взялась девочка и кто она Сергей Викторович не ответил, потому что и сам не знал. Он подобрал ее на вокзале на запасных путях, там, куда отгоняют поезда на отдых. Чёрные резиновые сапоги на её босых ногах были настолько велики, что их широкие голенища торчали выше колен и девочка сидела, положив руки на голенища своих сапог. Поверх неопределенного цвета платья была надета старая растянутая кофта. Все грязное и насквозь промокшее под моросившим весь день дождем. Темные волосы мокрыми сосульками лежали на спине.
– Боже мой, – ахнул Сергей Викторович. – Ты чья? Где родители? Тут нельзя сидеть. Опасно. Пошли-ка со мной.
Девочка молча поднялась и пошла рядом.
Навстречу им попался дорожный мастер Михалыч.
– Надо бы ребёнка куда пристроить, – сказал ему Сергей Викторович.
– Конечно надо, – согласился Михалыч. – Сейчас в милицию позвоню.
Но тут случился очередной аврал. Пока Сергей Викторович звонил по телефону, девочка тихо сидела в углу большого кожаного дивана в его кабинете. Входили и выходили люди. Вошёл Михалыч, подошёл к девочке и накинул ей на плечи старое пальто, которое нашёл в мастерской.
Через пару часов перестал звонить телефон, вбегать и выбегать люди. Проблема была решена. Сергей Викторович взглянул на девочку, потянулся к трубке телефона. Девочка молча смотрела на него.
– Ладно. С милицией завтра. Пойдём домой.
Он протянул девочке руку, в которую она вцепилась изо всех сил.
Нину вымыли в горячей воде, одели в байковую пижаму Виктора, завели в комнату, где находились Милочка и Виктор. Детям сказали, что у них появилась сестра. Милочка интереса к новой сестре не проявила. Она лишь подняла голову от альбома, в котором рисовала цветными карандашами, посмотрела на Нину и продолжила своё занятие.
Виктор оказался более радушным.
– Ты почему уже в пижаме? – спросил он. – Спать ещё рано.
Он складывал башню из кубиков. Нина села рядом с ним на ковёр.
В течение следующих нескольких дней все дети во дворе, а от них и взрослые узнали, что у Виктора и Милочки появилась сестра. Соседки останавливали Людмилу, их маму, и выпытывали о внезапном прибавлении в семействе.
– Это дочь Сергея Викторовича, – спокойно отвечала Людмила.
– Надо же, – шептались соседки. – А с виду такой порядочный человек.
Постепенно пересуды затихли. Через несколько лет Сергей Викторович получил назначение в Министерство и они переехали в большой город. На новом месте ни у кого не возникало сомнений в том, что Нина – дочь Сергея Викторовича и сестра Милочки и Виктора.
Сейчас Нина колдовала на кухне. Готовить она любила и умела. Обладала врожденным чутьём на продукты и их сочетания. Знала множество экзотических приправ не только по названиям, но и «в лицо». И это в то время, когда познания большинства хозяек ограничивались солью, перцем, горчицей и хреном. Также Нина любила хорошо поесть. При этом она никогда не полнела. Была высокой и худой. На жилистых ногах выделялись объёмные колени, щиколотки, длинные ступни. Руки тоже были длинными с большими жёсткими ладонями. На вытянутом очень чистом и белом лице темные глубоко посаженные глаза в обрамлении длинных острых ресниц всегда смотрели с легкой усмешкой. Длинный с горбинкой нос, четко очерченные твёрдые губы с немного приподнятым правым уголком. В целом от Нины исходила волна энергии и силы.
Читать дальше