«Ничтожно мало то, что сделал как кучер мудрый Сократ
И другие полезные люди
Но больше всего на свете
Я был рад
Получить хуй на стеклянном блюде…»
В лучах дождя
Сижу на синей крыше,
Дыша прозрачным воздухом дорог…
Не дорог мне тот человек в гашише,
Что ищет мир под желтым пеньем ртов.
Повсюду цвет сменяет разум,
Давая голоду наскучить вдруг,
А я бы подхватил вон ту заразу,
Которую так сочно уплетает друг.
Насильно вбит и упакован людный труп,
Сочащийся идеями всеобщих скреп души,
Пора октября ищет красный пруд…
В пизду ноябрь!
Выйди, подыши.
Обрюзгшая туша банальных страданий
Лежит на диване
И плачет, как будто не может
Жить где—то там, за горами…
Зорко смотрит окно
В нетемнеющий мир…
Понимаю его,
Принимая другим,
Но грублю, без разбора собрату его
Хуй пойми: Что? По чем?
Ну а так – все равно.
Залпом выпил вина
Из чернеющих уст…
Понесло меня в край,
В мою светлую Русь…
За толпою – толпа
Полный берег из слов
Старый дядя Эзоп
Не видал таких снов…
Но лежу на диване,
Плюю в потолок.
Как бы я не писал —
Лучше б попросту сдох…
И одно лишь тревожит
Краснеющий труп :
Где порнушку найти?
Подрочу на досуг.
Знаете, последнее, что я написал за тот месяц, было: «Мой дед – кофеман, а прадед – Серж Танкян…»
Фраза в принципе хорошая, но а как же стихи? В гонке стабильности я успокоился, а ведь вы знаете, как меня это бесит. Так что вот:
Худой, как гинеколог
Сижу и гляжу в потолок
Чувствую, немного холодно,
И тихонько капает пот
Да, это уверенность и чувство своевременного счастья,
Однако правильно ли то,
Что ведро вдруг превратилось в розовый мячик?
Буря насыщения сбивает настроение
Я думаю с наслаждение
Возможно это лишь везение?
Но кто знает, действительно ли реки материальны?
Кто знает, прочту я Карамазовых?
Но раз чужие мысли такие реальные
Пошли нахуй меня…
И Желательно сразу же!
Сквозь мутные глаза
Хожу по кругу эмоций
Вспоминая отрывки из фраз,
Что сказала мне жизнь…
Созданный мною садист
Убивает желание вечной боли
Ради которого я продал
Свои детские рисунки
Дрожь бывает как дождь
Из нейронных судорог.
Друг, помоги
Мне не нравится быть
Быть зависимым
От чужого звонка
И чужих совещаний во тьме,
Что так просто решают судьбы
Прекрасных свиней и пчел…
Ночь транслирует в моей голове
Звон своего мастерства
Услышать мне его
Или продолжить бродить с чемоданом
Цвета усталых слез?
Горит ли каменный уголь,
Политый своим обещанием,
Что когда-то стану
Кем-то из рода сухой травы?
Но по вискам кровь бежит,
Пиво ищет иного выхода в свет,
Подо мною кровать скрипит,
В коридоре не выключен свет…
И бежать мне нельзя…
Рефлексировать тоже…
Так на что же все-таки
Моя рожа похожа?
Знаешь, друг
А ведь каждый из нас на свете
Хочет быть лучшим
На этой планете…
Нет, не подумай!
Ни популизма, ни мрака
В словах моих нет!
Просто поверь,
Что когда-нибудь,
Бренно сидя в деревянном обитом кресле
Не найдем себе места,
Ведь так и не стали
Гениальными голубями
И безвестно просрали
Или вообще не нашли
То, что искали.
Повезет, если хоть дети чему-то научат
Графоманов бесчувственных,
Ну а вдруг
Престанут идти вот те самые мнимые чувства
И заставят тебя уйти?
Предположим в закат,
На пластмассовом стуле стоя,
Ты шагнул,
И горя
Начинаешь ползти
Где-нибудь с января
В логово паразита маня
Эх…
Грустно,
Совестно,
И не подвластно
То, что прочит нам судьба с опаской.
Ну а, собственно, куда деваться,
Если нам и суждено остаться
Лишь безмолвным чертежом—наброском
Неземной души? Ой, как не просто!
Да и все равно, наверное!
Главное, чтобы все это с кем-то.
Так легче, если в нас вдруг чего-то нет…
Ты будешь вечно со мной,
Пока дышит рассвет!
Так пойдем же, дружок, мы на старости лет
Поорем на прекрасных детей—мудрецов,
Чье говно уж похлеще говна их отцов!
Собственно, встретился я как-то со свои другом Саней Фазаном на остановке у гастронома. Взглянув в его чудные, наивные глаза мне стало понятно: сегодня я либо наебенюсь, либо ужрусь в хлам. Вы спросите почему? Ну как же! Вы бы видели его лицо. За такое лицо ну грех не выпить! Да и к тому же Рождество – столько прекрасных поводов! Хотя, честно говоря, я мог пить и без них… Ну, это не суть.
Читать дальше