Алекс Д - Ламенто

– Это хорошо, – удовлетворено кивнул Джем, плюхнувшись обратно на кожаный диван, откупорил бутылку с виски и разлил по стаканам. – За встречу, брат. Рад тебя видеть.

– Взаимно, – ответил Миронов. Стукнувшись стаканами, оба залпом выпили, закусили, разговор продолжился.

– У меня дело для тебя есть, – серьёзно сообщил Пульман. – Не на миллион долларов пока, но все может быть.

– Слушаю, – внимательно глядя на лоснящееся круглое лицо Джема, ответил Макс.

– Денег хочу вложить. Есть у меня опасение, точнее достоверная информация, что прикроют скоро игорный бизнес. Готовлю себе запасной аэродром, – наливая снова, проговорил Женька. Его толстые как сосиски пальцы были передавлены массивными золотыми перстнями с крупными камнями, подбородок жирными складками ложился на воротник рубашки, полностью скрывая шею, пуговицы на рубашке расходились, оголяя волосатый живот, пиджак не застегивался. При этом Джем то и дело прикладывался к колбасе и мясу на тарелках. С таким аппетитом недолго и диабет наесть.

– Хочу ночной клуб открыть в Москве. Химера назову. В центре. Место выбрал уже, – Пульман подвинул по столу в сторону Макса черную кожаную папку. – Тебя управляющим хочу сделать. Запишу полностью на твоё имя. Доход хороший будет, не обижу. Крышу обеспечу.

– Жень, у меня своих семь клубов в Питере. На кого я оставлю, – задумчиво произнёс Макс, открывая папку и просматривая договора, фотографии, бизнес-план, предварительные цифры.

– А нечего скоро оставлять будет. Я тебе дело предлагаю. Слушай дядю Женю, Макс, и минует тебя финансовый кризис, – хохотнул Джем. – Ты же умный парень. Я это с первого дня знакомства понял. Умный и хитрый. Подумай, Миронов. Пару месяцев у тебя есть. Взвесь все. Здесь перспективы, Макс, в Москве. Хватит уже мёрзнуть и мокнуть в Питере. Мне свои люди в бизнесе нужны. Не доверяю никому. Одни жополизы и лицемеры. Времена меняются, Макс. Раньше хоть и беспредел был, но знали, кто говно, а с кем можно за руку побрататься. Сейчас размыто все. Есть бабло – ты всем друг. Нет бабла – мимо пройдут, будто не знают. Эдик собрался из Германии в Штаты иммигрировать. Теперь его совсем не дождусь. Я один тут совсем.

– Как один? – удивился Макс. – А Анжелика? А дети?

– А что Анжелика? Бросила меня эта сучка. Сиськи сделала и нашла себе итальянского мачо во время отпуска. С детьми же, шалава, поехала и все равно нашла время, чтобы рогатку расставить. Дети со мной остались. Отсудил я их. А тварь эта в Риме сейчас, по рукам, говорят, пошла. Не жилось по-человечески. Правду говорят, что блядскую натуру не переделаешь. Я ее где подобрал-то, помнишь? В стриптиз баре. Прыгала вокруг шеста с голой жопой.

– Жень, ну, не знаю, что сказать. Нормальная вроде баба была.

– Была! Вот и именно, была. Детей жалко. Ладно, я ее задолбал, жирный боров. А Васька-то с Гариком причем? Я уже пятую няню меняю, ни одна не уживается. Всех они с ума сводят. И наказать жалко. По матери скучают. – Джем опрокинул в себя третью порцию виски, уже не дожидаясь Макса. Только сейчас Миронов заметил поседевшие виски у Женьки, одутловатый овал лица, набрякшие веки.

– Давно пьешь, Джем? – пристально глядя на Пульмана, прямо спросил Макс.

– А как не пить? Устал я. Сил нет. Приезжай, Макс. Совсем невмоготу мне. Чувствую, что врагов много, среди своих даже верить никому не могу.

– Я подумаю. – Протянув руку, Миронов положил ладонь на плечо старого друга. – Ты держись, Жень. Ради детей. И молодой ты еще. Сорок лет, подумаешь. Займись здоровьем. Найдешь еще красивую и молодую маму для детей своих.

– Да вон их, целое казино. Свистни, любая на колени встанет и все, что хочешь, сделает.

– Это шлюхи, Жень. А тебе другая нужна.

– А где другую-то взять? Ты видел где-нибудь других? Мне казалось, что Анжелика моя – вот она, другая, а в итоге что? Из тюрьмы ведь ждала меня, сука, не загуляла, а тут… – Джем тяжело вздохнул, махнув с досады рукой. – Что я все о себе-то. У тебя как? Все один? Или нашел кого? Ты, если что, с собой бери, пристроим. Не парься. Да и Вадик твой пригодится тут. Хотя он тоже скользкий тип. Осторожнее с ним.

– Я знаю его с детства, Жень. Ушлый он, согласен. Но безобидный. А насчет нашел кого или нет – пока сложно сказать. Поэтому пока оставлю вопрос без ответа. Поживем, увидим.

– Вот, как всегда. Ни слова, ни пол слова. Скрытный. Вот за что я тебя уважаю Миронов. Ты не трепло и не трус. И котелок варит. Халявы не ждешь, за выгодой не бежишь, работать привык, пахать, как все наши. Мало сейчас таких, Макс.