Елена Тодорова - Полюса притяжения

Денис не может не восхищаться тем, какой осторожной она порой пытается быть, и как необузданное любопытство, природные храбрость и раскованность размазывают все эти потуги, едва она увлекается разговором и перестает себя контролировать.

– У тебя незаурядное мышление. Весь процесс, я полагаю.

– Да ладно? – хохочет, смущенно прячась за чашкой. – Хорошо, хорошо… Признаюсь, незаурядное. Совсем чуть-чуть.

– Чуть-чуть? Одуряющая ты, Янка.

– Это плохо, да? – протягивает, не переставая улыбаться. – Не хочу быть вспышкой. Пытаюсь постепенно, но надежно и плотно засесть, – с тем же обезоруживающим смехом раскрывает все свои карты. – Не получается, да? Меня слишком много?

Что тут ответишь?

– Тебя все еще мало, котенок, – откровенно на ее откровение. – Отходя от темы, твой фен будет в понедельник, – бросает телефон на кровать. – Если еще что-то будет нужно, говори. Я в душ. А ты допивай, пока не остыло. Любишь же горячее.

На последних словах уголки его губ приподнимаются, а у Шахиной – нервно дергаются. Поджимая их, она резко вдыхает через нос, но не отводит глаз, пока Денис сам этого не делает, уходя в ванную.

В одиночестве Яну снова охватывает смятение. Она оглядывается, но рассматривать больше нечего. Пару секунд размышляет о том, чтобы найти кухню и вымыть чашку, но со слабостью в ногах спускаться по этой чудовищной металлической конструкции все же не решается. Поэтому отставляет недопитый чай на пол, к своим вещам, и без каких-либо действий, с несвойственной ей терпеливостью просто ждет, когда Рагнарин закончит с душем.

Видимо, существует какой-то созависимый закон природы, который заставляет человека больше всего на свете хотеть то, что ему больше всего нельзя. Это желание затмевает все основные инстинкты и вбитые с детства нормативные модели поведения.

Иначе как объяснить ее безрассудную решительность как можно скорее переступить последнюю черту? Это сумасшедшее и в какой-то мере смертоносное желание разрушить все, чтобы назад пути уже не было. Как?

Она хочет Рагнарина. И никакие запреты и страхи ей в этом не помешают.

Шахина слышит звук открываемой двери и мягкую поступь шагов, но не спешит оборачиваться. Крепче обхватывая плечи руками, пружинит на стопах, перекатываясь с носков на пятки и обратно.

Сейчас верхнее освещение кажется ослепляющим. Яна жалеет, что не решилась его погасить, пока Рагнарина не было. Эмоции, которые охватывают все ее существо, нельзя назвать неоднозначными. Они взаимоисключающие. Потому как одна часть, под давление смущения и дискомфорта, просит спрятаться в каком-то укромном уголке, а другая, не менее сильная, заставляет ее тело двигаться.

Победа, конечно же, достается второй.

Резко оборачиваясь, Шахина фокусирует взгляд на мужчине, в которого она так скоропалительно и безрассудно влюбилась. И тут же роняет челюсть.

Рагнарин полуголый. Полотенцем прикрыты лишь его бедра. Тишина усугубляется, раскаляя воздух в спальне до невообразимых температур и высот. Некоторое время пустота сквозит даже в голове девушки. Своим видом он шокирует ее едва ли не до потери сознания.

«Это неправильно…»

«Наверное…»

«Да Бог с ним, с неправильным!»

Денис красив. Из-за влаги и жара после душа его волосы, брови и борода кажутся еще темнее, а черты лица выразительнее. Высокий лоб и широкие скулы, твердые, четко очерченные губы и выпирающий подбородок. Никакой нервозности и суеты. Завораживающая уверенность и спокойствие.

Преодолевая нелепое для сложившейся ситуации стеснение, Шахина опускает взгляд ниже. Заторможенно моргая, медленно оглядывает запутанный черный орнамент татуировок, которые обычно скрываются под строгой рубашкой. Они покрывают левые плечо и предплечье, ту же половину груди и рваными витками прорываются на шею, ближе к затылку Рагнарина.

Вполне осознанно Яна оценивает и выставленное напоказ мужское тело. Она не ошибалась, сложен Денис идеально. Широкие плечи, крепкие руки с выступающими венами, мощные грудные и внушительный мышечный корсет, узкие бедра.

Смуглая кожа блестит каплями воды и будто бы манит растереть ее ладонями. Но Янка, конечно, не двигается.

Он знает, что делать, а она – нет. Чтобы забить пустоту, собирается спросить его, каким спортом он занимается, но вместо этого из нее вырываются какие-то глупости: