Ирина Насонова - Острые грани любви

Лежим, дышим, молчим. Мне немного тяжело и ужасно жарко, но я не уверена, что хочу избавиться от своей ноши. Этот дикарь не только доставил мне удовольствие, он меня ещё приятно удивил заботой и во время близости, и особенно сейчас. Меня всегда раздражало, когда мужчины, получив желаемое, сразу откатывались на бок, словно забывая о моём существовании. А вот Йети всё делает правильно: обнимает, иногда легко целует и ждёт, когда мы оба немного остынем.

М-да, вот тебе и деревня! Интересно, это из-за наличия у Йети богатого опыта? Или, может быть, дело в бороде или бане? Впрочем, я не отрицаю никаких вариантов. Он даже вполне мог опрыскать себя какими-нибудь феромонами. Кто их тут в деревне знает, может, ходит в лес к Бабе-яге за волшебным зельем, тем более что пахнет он на самом деле изумительно.

В любом случае этот лохматый парень так поднял планку, что мне теперь трудно будет найти ему достойную замену. А это мысль! Что, если наведываться иногда к этому чудику за одной-двумя порциями секса?

Да нет! Полная чушь! Наверное, гормоны на мозг давят, раз я вообще о таком задумалась. Много чести, тем более что этот мужлан меня за дверь выставил, когда я к нему пришла. И, кстати, а ведь он меня ещё и оскорбил! Да кем он себя возомнил? Божок деревенский!

Резко поворачиваюсь на бок и, помогая себе руками и ногами, скидываю с себя своего, теперь уже неугодного, любовника. Мне здесь больше делать нечего, а потому нужно побыстрее одеться и ни в коем случае больше не встречаться с этим Маугли-Тарзаном-Тором-Йети-Андреем.

Вскакиваю с кровати и начинаю поиск своих вещей. Сообразить, где они могут находиться, получается не сразу, но когда вспоминаю, очень радуюсь, что раздевались мы не в этой комнате. Сейчас, когда эйфория начала отступать, её место всё стремительнее стали занимать злость и обида. Да как он мог отнестись ко мне как к какой-то продажной девке, при этом ещё и тупой назвать? Сам-то небось и школу не закончил. Да он наверняка ничего не умеет, кроме как прыгать из сеновала в сеновал, чтобы потешить своё эго.

– Так и уйдёшь?

Йети вышел вслед за мной из спальни и, спокойно прислонившись к косяку, принялся наблюдать за моими стремительными сборами. Я почти закончила, осталось только найти пальто и забрать телефон. И если первое, скорее всего, собирало в прихожей пыль, то вот насчёт телефона в голове был полный провал. Я совершенно не помню, выносила ли его вообще из дома Люды! А если да? Тогда мне придётся сюда возвращаться. Вот только я не желаю больше иметь дел с этим грубияном Йети. Да и чёрт с ним с телефоном! Если что, попрошу Люду утром забрать.

Бросаю на хозяина дома последний, якобы случайный, взгляд и с трудом сдерживаю вздох. Ну почему все красавчики либо геи, либо мерзавцы? Неужели у природы есть отдельный пунктик относительно привлекательных мужчин? Зачем наделять их выдающейся внешностью, но лишать при этом хороших качеств, так нужных девушкам? Несправедливо!

Вскинув голову, гордо поворачиваюсь к выходу и, подхватив безнадёжно помятое пальто, начинаю возиться с замками двери.

– Могу я хотя бы узнать причину твоего внезапно плохого настроения?

Йети обходит меня справа и раскручивает на пальце брелок с ключами, видимо от верхнего замка.

Чёрт! Вот ведь настырный! Интересно, он специально подстраховался, чтобы я ушла только тогда, когда он этого захочет?

Молча протягиваю руку, требуя отдать ключи, и отвожу взгляд, потому что смотреть на его идеальную фигуру мне очень непросто. Как бы я ни злилась, но этот Аполлон совсем недавно стал победителем в номинации «лучший любовник в моей жизни», и предательское тело всё ещё отчаянно желает выдвинуть его кандидатуру на повторное участие.

– Как знаешь. Жаль, я был бы не против, чтобы ты осталась.

Йети отдал мне ключи и развернулся в сторону комнаты.

– Да брось, разве такая, как я, может тебя чем-то удивить?

Вот дура! Ну кто меня за язык тянул? Всё, красивое гордое отступление, оставляющее недосказанность, я запорола. Теперь вместо того, чтобы метаться в сомнениях и гадать о моей загадочной личности, Йети будет чувствовать себя победителем. Ну что, я просто молодец. Показала свою обиду, и теперь он поимел меня не только физически, но и морально.

– Так ты всё ещё злишься на мои слова? Я же, кажется, извинился.

Йети повернулся ко мне и приподнял брови, словно не понимает моей обиды Ой, ну актёр!

– Назваться идиотом – это не извинение и уж точно не объяснение.