Нина Романова - Пациентка

Парню ответил тонкий девичий голос:

– Да ну тебя! Я в медицинский институт хочу, а туда только после одиннадцатого класса берут! Мать пойдет директрису умасливать, может, придется экзамены пересдавать. Вот ведь лето себе испортила!

– А вы слышали новость? Помните нашу отличницу Алю Антипову?

– Антилопу что ли?

– Ну да!

– Так вот, она завалила экзамены по алгебре и геометрии! Её маман, у меня год назад преподавала, все в пример её приводила, какая она умница, не то, что я дебил. И вот результат!

– Ты загоняешь, наверное? Она постоянно над учебниками сидит, как так получилось?

– Ну как, как! Помнишь ее роман с Серегой, который на два года ее старше? Он умотал еще в столицу в прошлом году. Так вот, наша отличница на нем и сломалась, ходит теперь вся потерянная.

– На ее месте, я бы тоже не выдержала, – подтвердил писклявый девчоночий голос.

– Что вы все в нем находите? – с некоторой обидой спросил парень, который и завел разговор об Але.

– А то балбесина, что он со всех сторон классный пацан, и в баскетболе первый, и танцует, так что закачаешься, и красавчик какого поискать. Про все остальное не стану говорить, чтобы ты не покраснел, – ответила ему девица с чуть хриплым голосом.

Аля увидела красный огонек от сигареты. Ей внезапно стало противно подслушивать сплетни о ней же самой. Она встала, хотелось уйти, а лучше рвануть бегом, воспоминания неожиданно накрыли ее с головой.

Аля вернулась домой через час. В комнате горел ночник, вокруг которого роились мелкие бабочки и комары, налетевшие в открытое окно. Мама сидела в кресле и читала книгу. Аля, не дожидаясь вопроса сказала:

– Мама, я поступаю в финансовый колледж.

Мать только вздохнула, похоже, что сил на споры уже не оставалось, да и тетя Люба видимо запугала ее депрессией.

– Бухгалтером будешь? Как тетя Эля?

– Не совсем так, случайно услышала, что новая специальность открывается «финансы и кредит».

Мать задумчиво на нее посмотрела:

– Знаешь, я все время мечтала, чтобы ты закончила одиннадцать классов, а потом поступила бы в институт. Но теперь настало странное время. Может так даже лучше и для тебя, и для нас, – Аля удивлялась про себя, слушая ровную, спокойную речь матери. Впервые с ней говорили, как с взрослой девушкой.

– Мама, ты не против?

– А почему? Видишь ли, у нас с отцом высшее образование, мы всю жизнь работали и получали, по сути, не большую зарплату. А вот тетя Эля, моя подруга в бухгалтерии спокойно просидела, ни клята, ни мята, не проверяла пачками по ночам тетрадки, да по родителям двоечников по вечерам не бегала и при этом зарабатывала раза в два больше меня. Поэтому Аля, может ты и права.

Аля тихо ответила:

– В нашей семье все институт закончили, одна я выходит бракованная.

Мама обняла ее за плечи и поцеловала в макушку:

– Не переживай дочка, жизнь все расставит по своим местам.

Впервые за последние полгода, Аля села за учебники. Для того чтобы поступить на выбранную ею специальность нужно было серьезно подтянуть алгебру. Она быстро глотала параграф за параграфом, и за десять дней наверстала пробелы.

В день экзаменов сильно волновалась, а что, если не возьмут? Что тогда? Конкурс оказался не маленьким – три человека на место, но она прошла. И увидев в списке поступивших студентов свою фамилию, широко улыбнулась. Все, можно расслабиться. Наступила определенность, и предстоящие четыре года она проучится в новой, совершенно не знакомой для себя, в основном девчоночьей компании, в их группе значилось всего два парня.

Но это даже и к лучшему, ни к чему ей больше влюбляться до потери пульса, решила Аля.

Два года в колледже пролетели незаметно. Учиться оказалось не так сложно, Аля особо не напрягалась, ей даже понравился бухучет и основы финансового анализа. Жизнь протекала размеренно, без особых потрясений. Аля завела несколько подружек, с которыми они бегали по субботам в ночные клубы на дискотеки.

Там они обычно занимали столик с двумя диванчиками, и весь вечер попивали слабоалкогольные коктейли и горьковато- цитрусовую газировку «Швебс», иногда заказывали светлое пиво.

Аля всегда в начале вечера смущалась, и долго сидела в сторонке, в то время как подружки уже весело вытанцовывали. Она смотрела, как они делают красивые движения, и тихо завидовала, что не может также. Ее тело при всей своей округлой привлекательности двигалось как у деревянного человечка, не зря же ее прозвали в школе «Буратино».