Амелия Борн - Здравствуй, сын!

- А ты чувствуешь себя лишней, - догадался Васнецов.

- Угу, - кивнула я.

- Так почему об этом прямо не сказать?

- Я боюсь. Может, мои желания покажутся какими-то нелепыми, безвкусными, немодными... а Олег... он знаменитость. И нас снимает пресса. Я боюсь вмешиваться и сделать что-то не так...

- Прежде всего, ты - невеста, - заявил безапелляционно Васнецов, со стуком поставив на стол чашку кофе, из которой только что отпил. - И ты должна быть счастливой, а не модной!

- Я боюсь его опозорить... - призналась чуть слышно, но босс все чутко уловил.

- Диана, врать не буду - тебе придется как-то жить со всем этим и смириться с тем, что сопутствует жизни известного человека, будь то бизнесмен, шеф-повар или звезда Голливуда. Повышенное внимание к твоей жизни и личности будет всегда. Но если ты любишь этого человека...

Васнецов повесил вопросительно паузу, но мне нечего было ему сказать. Люблю ли я Волкова? Я и сама не задумывалась над этим вопросом. И боялась искать на него ответ сейчас.

- Ладно, что-то изменить в этой свадьбе можешь только ты сама, - сказал наконец Роман, не дождавшись ответа. - Но и я могу все-таки кое-чем тебя порадовать. Тебе ведь понравилось то платье, которое мы смотрели?

Признаться, в последние дни я вспоминала с тоской о той поездке с Васнецовым в свадебный салон. И об элегантном платье, разительно отличавшемся от того, что мне навязали. Вот только понимала - сколько бы родители ни откладывали на мою свадьбу, эта покупка была нам совершенно не по карману.

- Да, но у меня никогда не будет столько денег, - покачала я головой.

И тут босс поспешно поднялся и, кинув на столик деньги, скомандовал:

- Поехали. И избавь меня от возражений - это подарок.

Я чувствовал - что-то не так. И дело даже было не в появившейся как черт из табакерки Летти. Дело было в Диане, и в том, куда мы с ней в итоге пришли.

По правде говоря, вся эта свадебная мишура была устроена мною только потому, что я знал - женщинам очень важно, чтобы у них было настоящее торжество. Тот день, который они запомнят на всю жизнь. Праздник, красивый наряд, ощущение волшебства.

Вот только теперь задавался вопросом: так ли уж прав был в желании обеспечить этой феерией Диану? Тем более, что и феерия-то в итоге превратилась едва ли не в тыкву.

А чему меня учили, так это тому, что если у тебя есть тыква - ты обязан приготовить из нее как минимум суп-пюре.

Был, правда, еще один аспект, который меня волновал. Мои родители. Ошарашившие меня тем, что прилетели на нашу с Дианой свадьбу уже сейчас. Да черт бы все побрал! У нас даже сраная репетиция была сдвинута хрен знает куда! Настоящее бракосочетание и вовсе мы могли отнести еще дальше (уж как договориться с загсом, я бы решил). И они собирались все это время маячить у меня перед глазами?

- Сегодня же встречаемся с твоей… невестой, - безапелляционно заявила мать, прибыв ко мне в офис прямо из аэропорта, куда я отправил за родителями личного водителя.

- Привет, - как можно спокойнее поздоровался в ответ. - И сразу вопрос: какого лешего вы прямо с порога начинаете мне диктовать, с кем и где мы встречаемся?

Папа тут же прошел к бару, налил себе виски и осушил бокал одним глотком. Я понял - мать наверняка успела допечь его в первую голову.

- Олег, ты не представляешь, что творится! Вокруг эти статьи! Мой сын на позорной репетиции собственной свадьбы! Летти там закидали пирожными!

Я подошел к окну и, встав к родителям спиной, заложил руки в карманы брюк.

- И это все, что тебя волнует, мама? - спросил я холодно, чувствуя затылком взгляд родителей.

- Но это же немыслимо! - начала она, но я ее перебил:

- Это все, что тебя волнует? Правда? А как же твой внук? У тебя ведь есть внук, ты забыла? Чудесный мальчишка, который может устроить тебе настоящую игру в зомбиапокалипсис. А ты с ним даже незнакома!

- Я люблю такие игры! - тут же вступил в разговор папа.

- Владимир! - возмутилась в свою очередь мать.

- И я люблю такие игры, - искривил я губы в улыбке, поворачиваясь к отцу и матери. - И знаете, мне сейчас плевать на то, что случилось на этой дурацкой репетиции. Мне плевать на Летти, на то, кто и что подумает. Мне вообще на все плевать, кроме самого главного.

Родители пристально смотрели на меня. Оба моргали так часто, что я едва не предложил им капли для снятия сухости глаз.

- И что же это? - осторожно поинтересовался отец.

- Это люди, которые стали для меня важнее всего. Диана, мать моего ребенка и моя будущая жена. И Матвей. Малыш, который занял огромное место в моем сердце с первого взгляда.