Трейси Фрейзер - Кинг

Я была свободной.

Мне было пох*р.

Это было чертовски восхитительно.

— Что я, бл*дь, снова и снова повторял тебе? — прорычал Кинг, проталкивая колено между моих ног, раздвигая их, пока не оказалось так, что я сидела на его бедре.

— Ничего. Ты не говорил мне ничего, кроме сраной х*рни о том, что я твоя.

— Поправочка, детка! Ты стала моей с самой первой секунды, когда зашла ко мне и увидела, как я трахал девушку. Уже тогда ты была моей, а сейчас и подавно!

Кинг выглядел так, будто в нем не осталось ни капли самоконтроля.

Он укусил меня.

Мне было плевать.

— Ты гребаный лжец! — выплюнула я.

— Я никогда не лгал тебе об этом. Ты! Моя!

— Пошел нах*р!! Я не принадлежу тебе или кому-нибудь еще! — выкрикнула я.

Кинг прижался лбом к моему лбу.

— Я скажу это еще всего один раз! ТЫ! — он подтянул меня вверх по ноге так, что его эрекция теперь упиралась в мою киску, и я резко набрала ртом воздух. — ПРИНАДЛЕЖИШЬ! — Кинг снова сделал это, и в этот раз мне пришлось положить руки ему на плечи, чтобы не упасть. — МНЕ! — проревел он, толкаясь в меня бедрами.

Я отклонилась назад и без колебаний посмотрела ему в глаза:

— Так, бл*дь, докажи это!!

Я бросила ему вызов.

Из груди Кинга вырвался рык. Он запустил руки под мое платье, с силой срывая трусики. Мы были в тени, но любой, кто вышел бы из дома, мог нас увидеть. В то самое мгновение, когда он коснулся меня, я была совершенно потеряна в ощущениях.

Мне было пох*р.

Кинг целовал меня. Всепоглощающе целовал меня. Это была власть. Не просто поцелуй. Он заявлял на меня права как на свою собственность, и я собиралась оставить на нем отметины, где только смогу.

Все мое тело пылало огнем, который он неделями разжигал во мне. Кинг сжал мне грудь через платье и атаковал мою шею губами. Он поднял меня и обвил моими ногами свою талию. Я недовольно застонала, толкаясь на его член. Я не могла добраться ближе. Не могла найти то, что мне было необходимо.

— Ты девственница, щенячьи глазки? — с усмешкой спросил Кинг.

— Ты же в курсе, что я не помню этого, — задыхалась я.

— А сейчас ты узнаешь и после сегодняшней ночи больше не будешь сомневаться в ответе на этот вопрос ни секунды. Я собираюсь похоронить свой член так глубоко в твоей сладкой киске, что ты до конца своих дней запомнишь, кому принадлежишь.

Он опустил лиф платья, обнажая мою грудь, потом дернул подол вверх, и ткань собралась у меня на талии.

— Черт, да! — прошипел он сквозь стиснутые зубы.

После этого мы сплелись руками и языками. Прикасались, исследовали, нуждались и кусали. Мои зубы стукнулись об его, когда Кинг попытался прижать меня к себе еще ближе. Я была влажной и скользкой — это было поразительно, но недостаточно для меня. Склонив голову вниз, Кинг расстегнул ремень, приспустил джинсы и высвободил свой член. Гладкий и твердый как камень, он подпрыгнул к моей мокрой и горячей киске в поисках входа.

— Да, — выдохнула я.

Я была готова и нуждалась в нем внутри себя больше, чем в глотке воздуха.

Кинг обхватил член кулаком, скользнул по нему и сжал, а в следующий миг одним резким толчком уже оказался во мне. Он стонал, пока входил в мою тугую киску, растягивая меня и наполняя настолько, что мне казалось, будто я распадусь на части. Мне было больно, но я знала: эта боль принесет мне только удовольствие, потому что я ощущала себя настолько полной.

Сама боль, которую он сейчас мне причинял, была удовольствием.

— Бл*дь, да!! — простонал Кинг, погрузившись в меня до предела.

Я громко стонала, и мне было плевать на всех, кто мог меня услышать. От сильных толчков Кинга я скользила вверх по колонне, а стенки моей киски сжимались вокруг его члена. Каждый раз, когда он выходил из меня и с силой возвращался назад, я видела искры перед глазами.

Снова и снова.

— Я говорил тебе, — произнес он, — говорил, что ты принадлежишь мне. Эта киска… Эта киска — моя. Больше ты не сможешь этого забыть!

Он яростно вколачивался в меня. Я принимала его. Полностью. Его член. Его власть. Я позволяла ему заявить права на меня его словами, поцелуями и его членом.

Мы боролись друг с другом, занимаясь сексом.

Перетягивая канат каждый в свою сторону.

Давая и принимая.

Этим сексом мы говорили друг другу: «Я ненавижу тебя… Я хочу тебя… Я не отпущу тебя».

— Черт, щенячьи глазки… Бл*дь! Я знал это! Знал, что это будет именно так, — задыхаясь, сказал Кинг.

Внутри меня нарастало давление, сила которого была в десять раз больше того, что я ощутила, когда Кинг заставил меня кончить на его пальцы. Оно росло с каждым его толчком. Он все глубже и глубже вколачивался в меня, вызывая во мне оргазм. Нет… Пока не вырвал его из моего тела.