Трейси Фрейзер - Кинг

— О, можно, но тогда мне придется приковать тебя к кровати. Меня не будет достаточно долго. Так что ты не поешь, не сходишь в туалет, а будешь просто лежать в кровати.

Мне показалось, я даже почувствовала боль из-за того, что Кинг приковал меня к постели в прошлый раз.

— Значит, бизнес. Что за бизнес?

Произнеся эти слова, я тут же пожелала забрать их обратно.

«Идиотка, ты точно не захочешь узнать об этом».

Преппи явно не парился с ответом на мой вопрос:

— Заткнись и заканчивай свой завтрак, чтоб мы могли наконец-то выбраться из этого е*аного дома.

Он говорил в таком стиле, в каком не говорил никто другой. У него было интересное поведение, но слова, слетавшие с его губ, всегда были грубыми.

Но я заткнулась и просто сделала то, что мне было велено.

Потому что это блинчики.

***

Я последовала за Преппи из огромного гаража на задний дворик. У меня не получалось быстро идти, я все еще хромала.

Хотя мои ноги были в куда лучшем состоянии, нежели вчера, каждый шаг казался болезненней предыдущего.

Я еще ни разу не видела дом Преппи и Кинга днем. Теперь у меня появился шанс хорошенько его рассмотреть.

Дом находился у самого края залива. Сам по себе он был огромным, а прилегающая территория составляла примерно акр (прим. пер.: 4046 кв. м.).

Местами его ремонтировали, но кто бы ни занимался этим, давно бросил эту затею. Голубой сайдинг был забрызган грязью. Сорняки обвили фундамент. На траве валялись ржавые ведра с краской и старые инструменты. Фасад дома был частично покрашен серым, а под козырьком крыши краской из баллончика было написано «КОРОЛЬ ДОРОГ». Слова выглядели так, будто кто-то пытался их зарисовать другим цветом, но буквы все равно проглядывали из-под тонкого слоя краски.

— Так ты теперь нянька? — спросила я, когда мы оказались позади дома.

— Кажется, да, — ответил Преппи. — Я выполнял для Кинга дохера дерьма, но это для меня что-то новенькое. Со мной раньше никто не ездил. Но также и он никогда не брал к себе бродяжек.

— Бродяжек?

— Ну, ты типа бездомной собачки без ошейника. Милая, но чересчур худая и немного лохматая.

— Хорошо, я поняла, но меня не нужно было брать. Я здесь против своей воли, — поправила я.

— Когда Кинг спас тебя от дебила прошлой ночью, это тоже было против твоей воли?

— Нет. Он собирался убить меня.

— Ладно. Тогда другой вопрос: у тебя есть куда пойти? — я помотала головой. — Видишь? Он приютил тебя. Как собачку.

Это был первый раз, когда я поняла, что была здесь не совсем против своей воли, и Преппи заставил меня это увидеть.

— Я имею в виду, да, он спас меня, — согласилась я. — Но, с другой стороны, он ожидает, что я выплачу долг, который даже не мой, только лишь подчинившись его конченой воле.

— В любом споре — два мнения. Они оба могут быть ошибочными. Но и оба могут быть правильными, — пропел он, пока мы проходили мимо костровой ямы на заднем дворе.

Это была не просто дыра, как я думала ранее. Вокруг ямы был уложен кирпич высотой с фут. За ямой, в конце огромного двора, находилась деревянная пристань, оцепленная мангровыми зарослями (прим. пер.: вечнозелёный кустарник или дерево, растущее прямо из дна залива или озера), которые угрожали поглотить все под собой. Зеркальная спокойная гладь залива тянулась вдаль, окруженная лишь природой.

Ни других домов. Ни других пристаней.

С ближайшего дерева слетела птица, сбросив дождевые капли с ветвей. С одной из них свисала живая змея.

Это место было таким же странным, как и Кинг. Живописное, незаконченное и грубое, но в то же время загадочное и по-своему прекрасное.

Потрёпанный дом в каком-то смысле можно было назвать кусочком рая.

— Кто еще здесь живет? — поинтересовалась я, пока мы направлялись к двери отдельного гаража.

Брезенты разной степени выцветания прикрывали ряды, как мне показалось, машин и мотоциклов. Они казались тяжелыми под слоем пыли, будто все было завернуто в туман. Оживая в темноте сырого гаража, осколки чего-то засияли в солнечных лучах, пробивавшихся через разбитое окно.

— Во всем доме только нас двое, — ответил Преппи, сбрасывая брезент с чего-то, что напомнило мне старый седан, который выглядел в точности как в фильмах пятидесятых. — Но в гараже живет Медведь. Отирается здесь, когда не хочет жить в доме клуба, что в последнее время не редкость, — он указал на дверь в дальнем углу, обклеенную стикерами для бамперов.

Преппи завел машину, а затем открыл гаражные ворота. Он выехал и припарковался так, чтобы потом можно было спокойно их закрыть.