Евгения Воронюк - Сквозь Жизни

Дерево внимательно посмотрело на нее.

— Отец….

— Это правильно — вдруг вставил мох. Мысли читает?

Лара прошла через портал и вернулась с телом Ормуса, она держала его энергией. Он как будто лежал в воздухе, Рияна приказала одеть на него костюм, в котором он был изображен на портрете в холле. Костюм был в цветах их клана: темно синий, с золотым кантом и янтарными пуговицами. Я забрал этот портрет к нам домой. На нем была счастливая семья, Ормус, Эллия, и маленькая Рияна.

Мы все встали полукругом, вокруг тела. Рияна подошла, поправила волосы, отцу, смахнула пылинки с костюма, и поцеловал его.… Я видел, как плачет ее душа….

— Я люблю тебя папочка….

Все стояли молча. Ильерда протянула ветви, и окутала, его. Дерево разошлось вдоль ствола. И мы увидели его, яркий свет другого мира…. Ильерда передала тело Ормуса свету, и он поглотил его. Я почувствовал, что это действительно было правильным решением. Как бы там ни было, он любил их, жену и дочь, по своему, но любил. Теперь он будет вместе с ней. Они заслужили это. Обдумав все что произошло, я понимаю, он выбирал не просто между дочерью и кланом. Он выбирал между всей расой и дочерью, и я не знаю, как бы на его месте поступил Император….

— Прощайте — прошептала Рияна, и дерево восстановилось.

— Ты молодец — сказала Ильерда.

— Спасибо — ответила Ри.

И мы ушли. Домой мы вернулись вдвоем, после всего что случилось, мне так было необходимо это одиночество, одиночество вдвоем.

Она свернулась на кровати клубочком, я лег рядом и просто обнял ее. Я чувствовал, как она плачет. «Пусть поплачет» сказал голос «Это пройдет». Так мы и заснули.

— Выходи за меня?

— В смысле?

Она только проснулась, я целый день ждал этого момента. На улице уже была ночь. Я проспал добрую половину дня, а Ри практически весь. Все это время я был рядом, любовался ей.

— В прямом.

— Но ведь мы уже женаты? Или нет?

— Я хочу по настоящему, в Храме Судьбы. Хочу пройти Огненную Пустоту. Понимаешь?

Она кивнула, и поцеловала меня. Всю ночь я испытывал ощущение не знакомые ни одному демону, моя душа пела от этой близости. Это было единение, настоящее единение душ.

38 Глава. Боги

Природа не хотела, я чувствовала ее сопротивление, я видела его. Передо мной лежал мир, созданный Орфиной из нашего, но ставший для нас таким чужим. Я ужаснулась ему, столько агрессии исходило от них, столько ненависти, злобы. Как они выживают здесь? Люди не видели нас, слишком замкнуты своей пустотой.

Я повернулась к мерцающему полотну, и, собирая энергию этого мира начала вливать ее в него, разрывая наши миры, разделяя их, окончательно. Здешняя природа не привыкла к такому, она забыла нас, эльфов. Научилась жить самостоятельно. Ее сопротивление выливалось землетрясениями, огромными волнами, смывающими все живое на своем пути, она сопротивлялась, но все равно подчинилась.

Подключилась Баяна, когда мои силы были уже на исходе, я испугалась, что не смогу закончить начатое, но она помогла мне, открыла бутылочку с частицей бога. И вместе мы сделали это.

Не пройдет живой полотно наших миров, существовать им отныне отдельно друг от друга, самостоятельно, каждому свое…

Природа успокаивалась.

Мы стояли с Баяной и смотрели на удаляющееся мерцание полотна. Все.

В этом мире другое время. Оно ощущается иначе.…

Мы слышали крики людей внутри мира, они плакали и кричали, в разных уголках этого мира, но перед нами, он весь был как на ладони. Мы были в нем, и как бы вокруг него….Вот оно, существование…

— Миледи, — прошептала Баяна

Я подняла голову, и сердце дрогнуло. Я увидела дух Ормуса. Он летел ко мне, и не было в нем той злости, не было ненависти. Только понимание. Я видела его в глазах мужа.

— Прости меня — прошептал муж.

— Я люблю тебя — ответила я.

Мы так и стояли, смотрели друг другу в глаза и молчали. Теперь мы проведем вместе вечность…

Время…

Перед нами воплотился мужчина. Сначала его образ был расплывчатым, но потом мы узнали его. Оиллирион, это был он, только с темными волосами и карими глазами. Бог молчал, и смотрел на нас. Смотрел в глаза, разговаривая с душами.

— Злость порождает страшные грехи, — сказал Бог, — только искренней верой и любовью их можно искупить.

Воцарилась тишина. Глаза Бога всматривались в наши души. Он развел руки, и между ним и нами, появился золотой туман.

— Каждому воздается как за грехи, так и за веру — сказал Бог.

Мы прошли сквозь туман, втроем. По ту сторону тумана, остались только души, тела растворились на земле. Там была темная, прозрачная пустота, и только отблески миров давали свет. Мы продвигались сквозь пустоту, а миры кружили вокруг нас. В каждом из них были свои жизни, свои боги. Ормус взял меня за руку.