Елена Веснина - Триумф

Юрий Владимирович покачал головой:

— А я думал, что пишу крутые детективы. Закручиваю интересные сюжеты, играю страстями. Да по сравнению с жизнью у меня в книгах тишь, гладь и божья благодать!

— Доминика Юрьевна попросила пригласить следователя, — сообщила по селектору Юлька.

В кабинете Доминики Николай Николаевич заговорил с порога, не дожидаясь вопроса, быстро, бойко и подробно:

— Я получал от Амалии Станиславовны Гжегоржевской деньги за оказание ей некоторых услуг. Я — человек аккуратный, у меня все записано. Числа, суммы, просьбы. И пометочки стоят: выполнено. Чтобы потом от клиентов претензий не было. Показать?

— А что она тебя просила сделать? — поинтересовалась Ритка.

— Многое. Просила направить ход следствия в определенное русло. Подозревать в совершении преступления Никитину или ее приближенных. Я способствовал устройству Никитиной в психбольницу. Оказывал иные услуги материального характера.

Амалия закатила глаза и упала в обморок. Доминика подошла, смочила руку в воде, побрызгала Амалии в лицо. Амалия не шевелилась. Доминика наклонилась к ней:

— Амалия Станиславовна, вы хотите, чтобы мы вызвали вам врача?

Амалия молчала и не подавала признаков жизни. Доминика потрогала ее пульс.

— Давайте вызовем Бориса. Он внизу ждет, — предложила Ритка.

Амалия открыла глаза:

— Далее любые разговоры будут происходить только в присутствии моего адвоката.

Доминика обвела взглядом присутствующих:

— Все слышали? Амалия Станиславовна выразила желание придать нашей конфиденциальной семейной беседе официальный характер с присутствием представителей правоохранительных и прочих органов. Ритка, сходи к Юле, пусть вызовет наряд из отделения.

Амалия села:

— Не нужно наряда.

— Итак, мы остановились на услугах материального характера, — повернулась Доминика к Николаю.

— Когда вы лежали в психбольнице, произошло два события. Амалия Станиславна сказала мне…

Амалия резко закричала:

— Ничего никому я не говорила. Это все недоказуемо! Рассказывай о себе, взяточник!

Николай исправился:

— Хорошо. Ваш отец Шевчук захотел дать взятку врачам психбольницы для облегчения вашей участи. Амалия… Я устроил так, что эта взятка была у него конфискована. Я инсценировал арест вашего отца, а он мне поверил.

— А куда делись деньги? Ведь это была приличная сумма? — удивилась Доминика. Николай с опаской посмотрел на Амалию:

— Я отдал их Амалии Станиславовне. За вычетом моего гонорара и гонорара участников акции.

— Ну что? Где деньги? — двинулась на Амалию Ритка. Та сжала губы:

— Я вам их не отдам. Это мои деньги. Это — мои деньги. Я всю жизнь работала на вас, как лошадь. А получала за работу гроши.

— За те гроши, которые вы получали здесь в месяц, люди годами живут. Целыми семьями! — закричала Ритка.

— Плевать мне на людей. Я не знала ни одного праздника, ни одного воскресенья. Я десять лет не была в отпуске. Это мои деньги. Вы их не получите, — отрезала Амалия.

— Заметьте, Амалия Станиславовна, я не спрашиваю, каким образом у вас скопилась приличная сумма денег, которую вы перевели на Риткин счет для покупки наших акций? С вашей нищенской зарплаты откладывали? Копеечка к копеечке? — спросила Доминика.

— Может, достать ордер на обыск? Я это легко могу организовать. Для вас со скидкой, — залебезил НикНик.

Доминика, не глядя на него, скомандовала:

— Вы свободны.

Следователь вышел.

— Маргарита Викторовна, не могли бы вы подойти ко мне? — неожиданно попросил Толик. — Возьмите у меня, пожалуйста, из кармана диктофон. Включите, пожалуйста.

— Ух ты, как церемонно. А в подъезде ты со мной не церемонился. — Ритка подошла и вытащила диктофон, нажала кнопку, кабинет заполнил голос Амалии:

— Объект превратился в препятствие. Будем убирать. Езжай в санаторий, возьми боксерскую грушу Доминики. Убьешь Ритку этой грушей. Продумай свой маскарадный костюм. О том где и как, поговорим при встрече.

Амалия бросилась на Толика с кулаками:

— Подлец! Ты меня записал! Сволочь! Мерзавец!

— Петр, зайдите, пожалуйста, — позвала Доминика. Петик быстро вошел, бросился разнимать Амалию и Толика. Толик выкрикнул:

— Извините, Амалия Станиславна, мокруху вы заказывали? Вам и сидеть.

— Ты, сволочь, огромные деньги получил! — вопила она.

— Так я их и отработал. А что не получилось, так это я не виноват. Они проворнее оказались.

Доминика встала:

— Достаточно. Меня уже тошнит от этой грязи. Я не могу больше видеть ваши лица. Нужно принимать решение.