Кайли Скотт - Бас

— Могу представить.

— Хотя, что является нормальным? Кажется, что сегодня у всех родители в разводе.

— Ага. Практически.

— Правда же, что вокруг куча примеров?

Он прожужжал в подтверждение.

— Именно поэтому я занимаюсь психологией. Надеюсь, однажды я смогу помочь другим детям пережить чёрные полосы в их жизни.

Он улыбнулся.

— В любом случае, хватит обо мне и моих ранних подростковых страхах. — Я скрестила ноги и повернулась к нему. — Когда ты стал бас-гитаристом?

— Где-то в четырнадцать. Дэйв обожал гитары, и позже мама Мала подарила ему всё необходимое. Джимми уже решил, что будет петь. У меня был дядя, и у него была старая бас-гитара. Мой дедуля уговорил его отдать её мне.

— Тот же дедуля, который подарил тебе машину? Кажется, он был классным.

— Он был именно таким, Лиззи. На самом деле.

Мы остановились возле здания, в котором находилась моя квартира. Забавно, но раньше его вид не вызывал у меня ненависть, а сейчас я не хотела, чтобы наша поездка заканчивалась. Время, проведённое с Беном наедине, наш разговор — всё это было особенным. Руками я сжала свои колени, изучая черты его лица. Мгновение спустя он выключил двигатель.

— Спасибо, что подбросил домой, — сказала я.

— В любое время. Я серьёзно.

Он положил руку на руль, слегка поворачиваясь в мою сторону.

Гормоны счастья охватили меня. Эти похотливые, сумасшедшие ребята нашёптывали мне запрыгнуть на него и покрыть его потрясающее лицо поцелуями. Потереться подбородком о его бороду и узнать, насколько она мягкая. Дать ему понять, как он на меня влияет, как я его обожаю.

— Не смотри на меня так, это меня убивает, — прошептал он.

Я просто улыбнулась. Мой язык заплетался от волнения. Дело в том, что я не могла не смотреть на него. Я просто не могла по-другому, только не с ним.

Он тяжело выдохнул, пялясь в лобовое стекло.

— Я бываю в этом клубе несколько раз в неделю, чтобы подцепить кого-нибудь. В таких местах это чертовски легко. По большей части люди ходят туда, чтобы напиться и потрахаться.

— Ясно.

— Серьёзно.

— Хорошо, Бен. Ты не девственник. Принято к сведению. И я тоже, между прочим.

Сказочные тёмные глаза пригвоздили меня к месту, заворожив. Он облизнул свои губы. Каждый раз, когда он так делал, мои гормоны взрывались «Одой радости», с оркестром в сопровождении небесного хора. Полный комплект. Это было нелепо.

— Чёрт, а ты прикольная, — подчеркнул он. — И это заставляет меня мечтать о разного рода вещах, о которых я не должен.

— Кто сказал, что ты не должен? — пододвигаясь ближе, спросила я.

— Мал. Твоя сестра.

— Сейчас речь идёт не о них. Это между тобой и мной.

— Малышка. Лиз…

Твою мать, то, как он произнёс моё имя, грязно, грубо. Его голос прокатился сквозь меня, разжигая огонь и оставляя хаос после себя. Я уже никогда не буду прежней.

— Да? — Я придвинулась ближе, потом ещё ближе, сердце громыхало, а губы уже готовы. Ни разу в моей жизни намерение поцеловать не было столь важным. Мне нужны были его губы на моих губах. Его дыхание и его тело — весь он.

Ничто больше не имело значения.

Я повернулась, опираясь на колено под собой, чтобы исправить разницу в росте.

Нерешительно, но обнадёживающе.

Улыбаясь, я положила руки на его плечи, придвигаясь ближе. К чёрту ожидание, когда же он сделает первый шаг. Пришло время получить то, чего я хотела.

— Лиз.

— Да?

И только тогда я заметила. Язык тела Бена излучал другое. Мужчина не хотел меня, он хотел, чтобы я ушла. Я была одинока в своих желаниях.

— Ты не…

Слова застряли в моём пересохшем горле. Я убрала руку.

— Я не могу.

— Что?

Он начал отклоняться.

— Ты должна уходить.

Выражение моего лица было точно не веселым.

— Ты хочешь, чтобы я ушла?

— Так будет лучше.

— Так будет лучше, — повторила я, озадачено уставившись на тени на его лице.

— Я не могу этого сделать, Лиз. Я не могу так поступить с группой.

— Ты отчитываешься перед группой о том, с кем встречаешься?

— Мы не встречаемся.

Я прочистила горло.

— Нет, мы не встречаемся. Но, боже, мы часами переписывались и разговаривали по телефону.

Он одарил меня взглядом, полным муки.

— Мне так жаль. Но я не могу этого сделать.

— Верно.

Все эмоции внутри меня были огромными, ошеломительными. Мой мозг всё ещё продолжал работать, перебирая все доказательства, пытаясь выяснить, когда же я утратила понимание ситуации. Когда, чёрт побери, я ошиблась.