Даниэла Стил - Ранчо

– Было бы странно, если бы не знал. Целый год он почти не разговаривал со мной. Это не жизнь, не супружество, даже не дружба. Он обвиняет меня в гибели сына, и, по-моему, тут уж ничего не изменить. Я больше не могу так жить. Не собираюсь досаждать вам своими бедами, но, думаю, вы должны знать: в данный момент я замужем, хотя не думаю, что это будет долго продолжаться.

– Спасибо за откровенность, – произнес он с улыбкой, удивляясь, насколько она ему приятна. Это первая женщина, вызвавшая у него настоящую симпатию после смерти Маргарет. Хватило одного дня, чтобы он потерял из-за нее голову. Правда, время здесь, в Вайоминге, бежит с утроенной скоростью.

– Надеюсь, вы не сочтете меня дурочкой за желание прояснить ситуацию. Просто мне не хотелось вводить вас в заблуждение. Уверена, вам все равно, но... – Она уже ругала себя за то, что все ему выложила, и не находила слов для продолжения разговора. Какая ему, собственно, разница: замужем она или нет, думала Мэри Стюарт, готовая растерзать подруг за их легкомысленный совет. Послушавшись их, она выставила себя полной дурой! Он, правда, не смеялся над ней, а восхищенно улыбался.

– А я вообще понятия не имею, зачем сюда забрался, Мэри Стюарт. В этом году вовсе и не собирался сюда приезжать. Два года жалел себя и не обращал внимания на женщин. Но стоило появиться вам – и я словно увидел луч света, блеснувший среди гор. Одно могу вам сказать: никогда еще не был так сражен! Пока еще не знаю, что из этого выйдет, чего хочется вам, как поступлю я сам, интересен ли я вам, но тороплюсь вам признаться, что, пусть я едва с вами знаком, вы мне уже далеко не безразличны. Скорблю вместе с вами из-за смерти вашего сына, – Говоря это, он обнял ее за плечи и привлек к себе. – Я видел ваш затравленный взгляд при появлении мальчика. Как же мне захотелось вам помочь! Более того, сам не верю, что говорю такое! Мне не нравится, что вы еще не разведены, хотя не уверен, что это настолько важно. Не знаю, захочется ли вам снова со мной увидеться по прошествии этой недели. Наверное, я говорю ужасные глупости... Если это так, дайте мне знать. Тогда я на протяжении всего отдыха буду всего лишь церемонно приподнимать шляпу при вашем появлении.

Он заглядывал в ее глаза, полные слез. Это были те самые слова, которых она ждала, но так и не дождалась от Билла. Муж отступился от нее, но внезапно появился чужой человек, сумевший откликнуться на ее безмолвные мольбы.

– Все, чего я жажду, – быть с вами, говорить с вами, узнавать вас. А дальше посмотрим, что из этого получится.

Ни о чем ином она и не мечтала. Она молча смотрела на него, все еще не веря своим ушам. Неужели это не сон? Она не скрывала своих слез, своего восторга. Неужто она набрела на воплощение своей мечты?

– Я поделился с вами чувствами, с которыми прожил весь сегодняшний день. Давайте не торопиться с ответами. Будем просто наслаждаться настоящим.

Прикосновение ее волос к его щеке заставило Хартли зажмуриться. Он упоенно вдыхал аромат ее духов и больше ничего не говорил, а только сжимал Мэри Стюарт в объятиях, пока не почувствовал ее дрожь. Отчасти в этом была повинна вечерняя прохлада, но гораздо в большей степени – волна чувств. Она только утром познакомилась с ним, правда, прочла все, что вышло из-под его пера, и чувствовала себя его давней знакомой. Вдобавок они проговорили не один час, открыв друг другу душу и ощутив сильное взаимное влечение.

– Вы замерзли, Отведу-ка я вас домой. – Как же ему хотелось побыть с ней еще! Она взглянула на него, и он снова ее обнял.

– Спасибо вам за все, – прошептала Мэри Стюарт.

Хартли довел ее до двери и удалился. Она шмыгнула внутрь, надеясь, что подруги уже улеглись. Надежда оправдалась, но на кровати ее ждал факс от Билла: «Надеюсь, все в порядке. Работой в Лондоне доволен. Привет подруге. Билл». И все! Внизу листа Таня приписала своим кружевным почерком: «На твоем месте я обратилась бы к адвокату». Да, послание было донельзя сухим, но жизнь уже успела поманить ее новой захватывающей перспективой. Одна дверь захлопнулась, зато приоткрылась другая: В щелке она видела солнечный свет.

На следующее утро Зоя и Мэри Стюарт снова совместными усилиями стащили Таню с постели.

– Проснись и пой! – скомандовала Зоя.

Мэри Стюарт стянула с сони одеяла и сорвала с ее лица маску.

– Садистки! – простонала Таня, щурясь от солнечного света. – Боже, что за мука! Так я совсем ослепну! – Она шлепнулась на живот и застыла. Подругам пришлось стаскивать ее на пол, как когда-то в колледже.