Даниэла Стил - Клуб холостяков

В одиннадцать они вышли из дома, держась за руки. Сильвия чувствовала себя девчонкой, у которой появился постоянный парень. Давно забытое ощущение, и ей оно очень нравилось. Грей остановил такси. До его дома было недалеко, они быстро прибыли на место, и, поднимаясь по лестнице, Грей стал заранее извиняться за беспорядок.

– Меня целый месяц не было, а, по правде говоря, я и перед отъездом порядок не навел. А если уж совсем честно, – он улыбнулся, смущаясь, – то в доме у меня вечный бардак.

«Как и в жизни», – добавил он про себя. Рядом с Сильвией он казался себе безалаберным великовозрастным оболтусом. У нее – преуспевающая галерея, дважды она была замужем, вырастила двух успешных и хороших детей, и дом у нее в безупречном состоянии, во всем – и в делах, и в доме – порядок. Когда же Грей открыл дверь своей квартиры, им с трудом удалось войти. Путь преграждал один из его чемоданов, рядом валялись какие-то свертки, только что доставленные управляющим, и пачка писем, рассыпавшаяся по всей прихожей. Конверты, счета в беспорядке лежали на столе. На диване разбросана одежда, цветы засохли, и в квартире царило запустение. Сразу чувствовалось, что здесь живет мужчина. Мебель добротная, правда, обивка уже изрядно потерта. В углу – круглый обеденный стол, за который Грей усаживал своих редких гостей. Другая комната – бывшая гостиная – была превращена в студию. Там-то и находились работы Грея.

Сильвия направилась прямо в студию, а Грей кинулся второпях наводить порядок, но быстро понял, что дело безнадежное. Тогда он последовал за Сильвией. На мольбертах стояли три работы в разной степени готовности. Одна – почти закончена, другую он только начал перед отъездом в отпуск, а в третьей собирался что-то поменять, но пока пребывал в раздумьях. И еще с десяток картин были расставлены вдоль стен. Сильвия была потрясена. Картины Грея производили сильное впечатление. Большинство полотен были выдержаны в мрачных тонах, с необычными световыми пятнами. Портрет женщины в старинном крестьянском платье был выдержан в реалистической манере старых мастеров.

Все картины были, несомненно, работами подлинного мастера. Никакого сравнения с теми работами, которые она выставляла в своей галерее. Молодые художники были ее подопечными, их полотна отличались декоративностью и легко вписывались в любой интерьер. Она успешно продавала работы новомодных молодых художников, но ни один из них не мог похвастаться такой высокой школой, таким мастерством, какими были отмечены картины Грея. Сильвия и раньше знала, что он значительный художник, но теперь увидела в его работах неповторимый стиль одаренного мастера. Сильвия смотрела на картины, словно впитывая их в себя.

– Я потрясена!

Теперь Сильвии было понятно, почему он продает не больше двух-трех картин в год. Даже работая над несколькими полотнами сразу, как часто делают художники, он тратит на каждую не один месяц. Глядя на работы Грея, Сильвия понимала, что художника такого масштаба должна представлять солидная галерея, ей такой мастер не по плечу. Впрочем, Грей и сам это понимал и привез ее лишь затем, чтобы она посмотрела на его картины. Он уже успел оценить ее вкус и познания, поэтому ему очень важно было услышать ее мнение. Если Сильвия благосклонно воспримет его работы, это будет для него признанием серьезного профессионала.

– Грей, ты должен найти себе галериста, – строго сказала Сильвия. Она знала, что Грей уже три года нигде не выставляется, а картины продает либо своим давним заказчикам, либо друзьям вроде Чарли – у кого уже было несколько его полотен. Чарли говорил Сильвии, как он дорожит картинами друга. – Это преступление – держать эти работы здесь, не выставлять их на выставках, не давать на продажу. Стены твоей квартиры просто заставлены холстами.

– С каким агентом ни познакомлюсь – ни к одному душа не лежит. Им совершенно неинтересны мои картины, им главное, чтобы деньги платили. А к кому попадут мои работы, какая их ждет судьба, им плевать. Зачем отдавать таким то, что выстрадано, для меня-то деньги не главное. – Этого Грей мог и не говорить – настолько и по нему самому и по его дому это было заметно.

– Но есть-то ты должен, – упрекнула его Сильвия. – Не все же арт-дилеры безответственные барыги. Многие действительно ценят то, что выставляют. Я, например, ни за что не стану продавать картины, которые мне не нравятся. Я, конечно, не имею дела с художниками твоего масштаба, но своих художников я уважаю. И их работы тоже. Они тоже по-своему талантливы, просто выражают себя в другой форме.