Даниэла Стил - Поцелуй

– Ты не заболела? – однажды спросил ее за завтраком Гордон – последнюю ночь он провел дома.

– Я плохо себя чувствую. Постоянно мучает мигрень, – пояснила Изабель.

Она и сама замечала, что ее лицо приобрело какой-то мертвенно-серый цвет, но не могла себя заставить больше есть и спать.

– Должно быть, это следствие аварии, – даже слегка обеспокоился Гордон. – Обязательно позвони доктору. – За последние месяцы он впервые проявил к ней какой-то интерес. – На следующей неделе я уезжаю, так что сделай это, пожалуйста, до моего отъезда.

«Наверное, он уезжает вместе с Луизой», – подумала Изабель. Она уже давно поняла, что прошлое лето, когда она лежала в больнице, Гордон провел с Луизой и его тогдашнее отсутствие не имело никакого отношения ни к ней, ни к желанию Гордона ее наказать. Но теперь это нисколько не волновало Изабель – она просто приняла это к сведению.

– И куда ты едешь? – спросила она, стараясь выказать интерес, хотя ее уже ничто не интересовало, кроме Тедди. К счастью, Софи на несколько дней приехала домой и могла ей немного помочь.

– На юг Франции. Надо повидаться с одним клиентом. – Этим «клиентом», разумеется, была Луиза. – Сегодня же позвони доктору, – напомнил ей перед уходом Гордон, но Изабель не послушалась. Она и без доктора знала свой диагноз. У нее разбито сердце, и к прошлогодней аварии это не имеет никакого отношения. А ведь прошел всего год! Как трудно поверить, что у нее теперь нет Билла! Часто Изабель ловила себя на мысли, что предпочла бы тогда умереть. Боль утраты не утихала, наоборот, день ото дня становилась все сильнее. Нечего больше ждать, не на что надеяться, Изабель ни во что не верила, особенно в то, что жизнь когда-нибудь станет к ней добрее. Все ее надежды и ожидания забрал с собой Билл, не оставив ей ничего, кроме воспоминаний и скорби. Но самое ужасное заключалось в том, что на него она даже не сердилась. Она продолжала его любить и знала, что так будет всегда. Сейчас она была похожа на смертельно раненное животное, ищущее тихое место, чтобы умереть.

– Что случилось, мамочка? – с беспокойством спросила Софи, когда они встретились возле комнаты Тедди.

– Ничего, дорогая. Я просто устала. – Изабель выглядела ужасно, это признавали абсолютно все. Софи только что говорила об этом с сиделкой Тедди, Мартой. По словам Тедди, мама заболела, когда ей по телефону сообщили о смерти друга, но остальные считали, что состояние Изабель вызвано какими-то более глубокими причинами, и всерьез за нее опасались.

Вечером, когда Гордон поинтересовался, виделась ли она с доктором, Изабель кивнула и заверила, что тот ее успокоил. Конечно, она лгала, но не сомневалась, что Гордон не станет проверять.

Правда, у него мелькнула мысль о том, что столь сильные переживания должны иметь какую-то причину, и тогда Гордон вспомнил о Билле, но тут же отверг эту идею. Он был уверен, что Изабель не посмела продолжить с ним отношения.

На следующий день Гордон отправился на юг Франции, в «Отель дю кап», где планировал пробыть три недели. Изабель не возражала, напротив, она была страшно рада его отъезду. Больше не требовалось объяснять, почему она так плохо выглядит.

Вернувшись через три недели, Гордон был потрясен. Изабель выглядела так, словно страдала какой-то неизлечимой болезнью. Заговорив с ним о матери, Софи заплакала, но он заявил, что доктор не нашел причины для опасений. Он не желал больше ничего об этом знать.

В августе Гордон снова уехал – в долгую деловую поездку по Италии и Испании. Софи на несколько недель отправилась к подругам в Бретань. Изабель и этому была рада. Она изо всех сил старалась вести себя как прежде, но не могла представить, что когда-нибудь действительно вновь станет собой. Каждое утро она просыпалась с мыслями о Билле и жалела о том, что до сих пор жива.

Именно в тот момент, когда Гордон и Софи были в отъезде, Тедди подхватил тяжелый летний грипп. Сначала это выглядело как обыкновенная простуда, но потом состояние мальчика резко ухудшилось. У него поднялась температура, и доктор прописал ему антибиотики, но даже сильнодействующие средства не помогали – температура продолжала повышаться. На третий день он едва мог дышать, еще через два дня у Тедди началось воспаление легких, и его поместили в больницу. Изабель отправилась туда вместе с ним. Она собралась было позвонить Гордону, но потом решила его не беспокоить.

– Я умираю? – глядя на нее, спрашивал Тедди.

– Конечно, нет, – гладя его по голове, отвечала Изабель. – Но вообще-то тебе пора поправляться. Из-за этого дурацкого вируса ты уже и так слишком долго валяешься в постели. – Ночью у него было сорок и три, и Изабель, наконец, решилась позвонить Гордону.