Даниэла Стил - Поцелуй

– Я только что говорила с Лондоном, – тихо сказала она, – там никаких изменений. – Она все еще не могла простить ему ночного отсутствия. Если бы с Тедди что-нибудь случилось, что бы она делала одна? А ведь отец даже не предупредил, где его можно отыскать! Но Гордон, по-видимому, не испытывал никаких угрызений совести, и Софи пришло в голову, что, возможно, он регулярно не ночует дома. Ведь она никогда не видела его ночью или рано утром. Как же мало она знает о своих родителях! Софи вдруг показалось, что вся ее прежняя жизнь дала трещину, и не только из-за аварии. Для нее отец всегда был чем-то вроде полубога, а сейчас выяснилось, что у него есть какие-то непонятные секреты. Может быть, не только из-за Тедди мама все время сидит дома и спит в отдельной комнате?

– Ты приедешь вечером домой? – с тревогой спросила она отца.

– Да, приеду. У меня намечен деловой ужин, но я постараюсь вернуться домой еще до того, как ты уснешь.

– Если Тедди понадобится госпитализировать, я без тебя не справлюсь, – пояснила Софи.

– Доктор как будто немного успокоился. Думаю, у Тедди просто был шок и ему нужно время, чтобы от него оправиться.

– Нам всем оно нужно, – печально согласилась Софи. – Когда ты собираешься в Лондон?

– Через несколько дней. Все равно там сейчас ничто не меняется. Если что-то случится, нам позвонят.

Но в этом случае, подумала Софи, потребуется не один час, чтобы добраться от Парижа до Лондона, и мама может умереть одна. Софи очень хотела к маме, но как ей оставить Тедди? А теперь, когда выяснилось, что отец не всегда ночует дома, ее присутствие стало просто необходимым.

Весь день она провела с братом: читала ему, рассказывала разные истории, разговаривала с ним о маме. Девушка старалась изо всех сил, но оба понимали, что заменить Изабель ей не под силу. К тому времени когда вернулся отец, Софи чувствовала себя словно зомби. Он, как ни странно, не поднялся к ней наверх, а остался в библиотеке – выкурить сигару. Обычно он держался с ней очень мило, но в последние дни стал ощутимо отстраняться.

– Как прошел день, папа? – осторожно поинтересовалась она. Самой Софи этот день не принес никакой радости.

– Ничего особенного, – налив себе бокал портвейна, промолвил Гордон. – А у тебя?

– Я все время была с Тедди. – Она ожидала, что он станет расспрашивать ее, но при одном упоминании о сыне он сразу поскучнел.

– А чем еще ты занималась? – сосредоточив все внимание на сигаре, спросил он. Было очень странно вот так с ним сидеть и разговаривать, словно ничего не случилось. Мама без сознания, у брата подскакивает температура, а отца как будто ничто не беспокоит. Глядя на него, Софи вспомнила выражение отчаяния на лице Билла Робинсона, когда тот заговорил об Изабель.

– Больше я ничего сегодня не делала, папа. Я была с Тедди. Он очень расстроен.

Гордон молча кивнул. Тут зазвонил телефон, и у Софи оборвалось сердце – теперь она боялась любых телефонных звонков. Но звонили не из Лондона. Взяв трубку, Гордон спокойно сказал неизвестному собеседнику, что скоро перезвонит.

– Тебе надо лечь спать, – сделав еще глоток портвейна, повернулся он к дочери. – У тебя был трудный день. – Разговаривать с ней он явно не собирался, и Софи почувствовала себя как никогда одинокой.

– Так когда ты собираешься в Лондон? – уже встав, тихо спросила она.

– Когда сочту нужным, – нахмурившись, резко бросил Гордон.

Дочь его раздражала – она стала слишком похожа на свою мать.

– Я хотела бы поехать вместе с тобой, – сказала Софи, кожей ощущая его раздражение. Но сейчас оно ее не беспокоило.

– Ты нужна здесь – своему брату.

– Я хочу увидеть маму! – тоном капризного ребенка проговорила она.

– Ей это все равно, а мне нужно твое присутствие дома. Избавь меня от постоянных забот об этом мальчике и его сиделках. Они все время названивают в банк, а мне некогда, Софи. Возьми это на себя. – Он не просил ее, он давал указания, не сомневаясь, что они будут исполнены.

– «Этот мальчик» – твой сын, папа. И ему нужен отец, а не только мы с мамой. А ты с ним даже не разговариваешь. – Софи слишком устала, чтобы сдерживаться.

– Что он может мне сказать? – со злостью воскликнул Гордон, наливая себе еще бокал портвейна. – И не тебе учить меня, как себя вести. – За прошедшие годы Изабель много раз заводила подобный разговор, но в конце концов сдалась. Гордон категорически не желал поддерживать с сыном никаких отношений. Софи тут ничего не в силах изменить. Если бы Тедди был здоровым и сильным, тогда другое дело. А сейчас он не представляет для Гордона интереса и в его жизни почти не существует. Сын его всегда только раздражал, хотя сейчас он в какой-то мере испытывал к нему жалость. Гордон считал, что заниматься мальчиком должна была Изабель, но никак не он. А теперь, в отсутствие Изабель, – Софи.