Даниэла Стил - Счастье

Олли позвонил ей, как и обещал, на следующее утро и пригласил на ленч в тот же день, в ресторан «Четыре сезона». Минувшей ночью он, лежа в кровати, долго думал о ней и ругал себя, что не принял ее предложение и не остался. Ему все поднесли на блюдечке с голубой каемочкой, а он удрал. Оливер чувствовал себя круглым дураком и был уверен, что Меган о нем того же мнения.

В полдень они встретились в «Четырех сезонах». На Меган были красное шелковое платье и босоножки из черной кожи на высоких каблуках. Олли подумал, что сексапильнее женщины никогда не видел, и еще больше устыдился за прошлый вечер, в чем и признался Меган, когда они уселись за столик. Фонтан посреди зала разбрызгивал легкую водяную пыль, всюду сидели люди из рекламного и издательского дела. Вряд ли можно было считать это место укромным, но у обоих не было причин, чтобы таиться.

Меган рассказала ему о новой книге, которую собиралась издать, а Олли долго говорил про одного из новых клиентов их агентства. Лишь в три часа они огляделись и поняли, что остались в зале одни. Меган рассмеялась, а Оливер был слегка смущен.

– Как ты насчет ужина завтра вечером? – спросил он, когда они выходили.

– А ты готовить умеешь?

– Нет, – рассмеялся Олли. – Но я могу купить готовый и подогреть. Что бы ты хотела? Пиццу? Сандвич «пастрами»? Чизбургер?

Меган улыбнулась в ответ:

– А может, я куплю кое-что в моем любимом магазине деликатесов и мы вместе что-нибудь из этого соорудим?

– Отличная идея.

Но больше всего Олли радовался перспективе новой встречи с ней. Он легонько поцеловал ее в щеку, усаживая в такси, и отправился обратно в офис.

– Новый клиент? – спросила Дафна, когда в четыре часа зашла к нему в кабинет, чтобы показать готовые материалы.

– Кто?

– Та сногсшибательная красотка, с которой я тебя видела на ленче.

Дафна весело ухмыльнулась, а он покраснел и сделал вид, что разглядывает бумаги.

– Ты что, следишь за мной?

– Неужели повеяло весной или это ее духи?

– Не лезь в чужие дела. Это, наверное, дихлофос. Я сегодня утром нашел у себя под столом таракана.

– Ни за что не поверю. Здесь даже искусственным цветам нечем дышать, не то что милому здоровенькому тараканчику. Она прелесть. Кто такая?

– Просто девушка, с которой я на днях познакомился.

– Великолепно. У тебя с ней серьезно?

Дафна была с ним как сестра, за это он ее любил.

– Еще нет. А может, и не будет. Она из тех великих эмансипанток, вроде моей бывшей жены, помешана на карьере, свободе и не хочет никаких привязанностей.

Он впервые сказал о Саре «бывшая жена», что само по себе было шагом в правильном направлении.

– С ней могут быть проблемы. Что ж, развлекайся, пока она тебе не разбила сердце.

– Что и собираюсь делать.

– С чем тебя и поздравляю.

– Спасибо. А теперь ты не будешь возражать, если мы займемся работой, или предпочитаешь роль консультанта по любовным делам?

– Не будь таким обидчивым!

Но в тот вечер они с Дафной все-таки отменили совместный ужин и допоздна работали.

Вернувшись домой, Олли позвонил Меган. Ее не было, сработал автоответчик. Оливер оставил ей информацию, что подтверждает договоренность относительно ужина.

Назавтра Меган явилась ровно в восемь вечера, вся обвешанная покупками, которые они вместе на кухне распаковали.

– Неплохая квартира, – вежливо заметила Меган, хотя ни в какое сравнение с ее жильем это не шло. Явно чувствовалось, что помещение снимается и лишено индивидуальности. Только в своих комнатах дети позаботились об уюте, остальным Олли не занимался, а в связи с отъездом Агги не было даже цветов. Олли подумал о них слишком поздно, когда уже был дома и открывал бутылку вина к ужину.

– Как прошел день?

– Неплохо. А твой?

Вид у Меган был непринужденный и радостный. На ней были белая шелковая юбка с разрезом почти до бедра и бирюзового цвета блузка, с которой ее медового оттенка загар казался еще темнее.

Ели они за кухонным столом. Олли рассказал Меган, что делал весь день, приятно было с кем-то поделиться впечатлениями.

– Тебе, наверное, одиноко здесь без детей?

Олли улыбнулся, не зная, понимать ли это как приглашение поехать снова к ней.

– Да, без них как-то слишком тихо. Но я почти все вечера допоздна работаю.

Его вдруг посетило предчувствие, что больше так продолжаться не будет.

Говорили о всякой ерунде: о поло, бейсболе, опять о ее родителях, о том, как ей несимпатичны англичане. Меган подозревала, что повинен в этом тот тип, из-за которого ее сестра покончила с собой. Обо всем она имела свое мнение. Когда Меган помогала ему убирать со стола, Олли снова обратил внимание на разрез ее юбки и ощутил невероятно сильное влечение.