Даниэла Стил - Выкуп

– Это наша забота. Правда, я пока еще не поговорил со своим шефом. Мы с Риком приехали сюда прямо из управления ФБР. Но я хотел бы оставить здесь на недельку-другую парочку своих людей, пока мы не проверим все более тщательно и не узнаем, чем эти типы занимаются. Кто знает, может быть, это всего лишь моя фантазия. Однако мне кажется, за вами не мешает приглядывать. Посмотрим, что скажет на это шеф полиции, но, по-моему, мы сможем выделить для этой цели парочку копов. Что-то мне подсказывает, что за вами следят, – сказал Тед.

Рик кивнул в знак согласия.

– А ты что скажешь? – спросил Тед, поворачиваясь к Рику. – Эдисон – твой парень.

ФБР расследовало его дело, что давало Рику определенные полномочия. Они оба это знали.

– Ты сможешь выделить нам сотрудника на недельку или две, чтобы понаблюдать за домом и детьми? – спросил Тед.

Рик, чуть помедлив, кивнул. В его случае решения принимал он сам. И вполне мог выделить одного сотрудника. А может быть, даже двоих.

– Только не больше, чем на одну-две недели. Посмотрим, как будут развиваться события, – сказал Рик.

Было бы очень неплохо, если бы им удалось поймать Эдисона на участии в каком-то сговоре. За долгую службу в качестве детективов у Теда и Рика случались и более удивительные вещи. Тем более что Тед был уверен в том, что интуиция его не обманывает. Рик тоже.

– Я хочу убедиться, что за вами или за детьми никто не следит, – сказал Тед.

Она кивнула. Ее жизнь вдруг превратилась в еще худший кошмар, чем тот, в котором она жила после смерти Аллана. Аллана больше не было. Какие-то страшные люди охотились за ней. Дети оказались под угрозой похищения. Даже когда умер Аллан, она не чувствовала себя такой растерянной и уязвимой. Ее вдруг охватило чувство надвигающейся опасности, от которой она не могла защитить свою семью, и была в ужасе оттого, что кто-нибудь из детей может пострадать или еще того хуже. Она изо всех сил старалась взять себя в руки, но, несмотря на все усилия, по щекам ее катились слезы. Тед смотрел на нее с глубоким сочувствием.

– Что делать с отъездом Уилла в спортивный лагерь? – спросила она сквозь слезы. – Можно его отпустить?

– Кто-нибудь знает, куда он уезжает? – спокойно спросил Тед.

– Только его друзья и один из учителей.

– В газетах об этом ничего не писали?

Она покачала головой. О них больше незачем было писать. За пять месяцев она почти никогда не уезжала из дома. А потрясающая карьера Аллана закончилась. Они вообще никого больше не интересовали, и она была рада этому. Популярность ей никогда не доставляла удовольствия, а теперь тем более. Джек Уотерман предупредил ее, что, как только станет известно о финансовом крахе Аллана, следует ждать неприятных заметок в газетах и проявления любопытства по отношению к ним, и она готовилась к этому, призвав на помощь всю свою храбрость. Он предполагал, что это произойдет осенью. А теперь еще новая напасть.

– Я думаю, он может туда поехать, – ответил Тед на ее вопрос о поездке Уилла в лагерь. – Только придется предупредить его и всех остальных в лагере о том, чтобы проявляли осторожность. Если кто-нибудь станет расспрашивать о нем или появятся незнакомые люди, утверждающие, что они его родственники или друзья, надо сказать, что его там нет, и немедленно позвонить нам. Вам придется перед отъездом поговорить с Уиллом.

Она кивнула, вытащила из кармана бумажный платок и высморкалась.

Теперь при ней всегда был запас бумажных носовых платков, потому что то в ящике стола, то в буфете она то и дело находила какие-нибудь вещи, напоминавшие ей об Аллане. Например, его ботинки для гольфа. Или записная книжка. Или письмо, которое он написал несколько лет назад. В доме было полным-полно поводов, чтобы всплакнуть.

– А как насчет поездки вашей дочери на озеро Тахо? С кем она едет?

– С подругой из школы и ее семьей. Я знакома с родителями. Они хорошие люди.

– Прекрасно. В таком случае пусть едет. Мы возложим на местных блюстителей правопорядка в том районе обязанность наблюдать за их домом. Думаю, что одного человека в машине напротив их дома будет достаточно. Наверное, даже лучше, что она уедет отсюда на время. Одной потенциальной жертвой у нас будет меньше.

Услышав это слово, Фернанда вздрогнула всем телом. Тед почувствовал себя виноватым. В его понимании она сама была теперь потенциальной жертвой противоправного деяния. Мысли Рика текли в аналогичном направлении. Если найти против Филиппа Эдисона неопровержимые улики, то откроется возможность упрятать его за решетку. Для Фернанды же речь шла только о ее детях. О себе она даже не думала. И была испугана, как никогда в жизни. Взглянув на нее, Тед это понял.