Пэтти Дэвис - Кабала

Конечно, он добился этого не сразу. Сначала она сопротивлялась – напрягала мышцы, пыталась что-то разглядеть сквозь шелковую ткань. Он оставлял без внимания ее протесты, и теперь, через несколько месяцев, Сара научилась подчинять себя без оглядки. Она привыкла к этому, она уже знала симптомы – как начнет сжиматься время, как нервная дрожь будет достигать такого накала, что сдержать ее удастся лишь криком. В конце концов она смирилась со всем этим.

Всякий раз, приближаясь к завершению акта любви, Энтони развязывал ее. Шарф всегда снимался в последнюю очередь. Существовала только одна последовательность: сначала лодыжки, потом запястья, потом шарф. В некоторых вещах Энтони бывал исключительно пунктуален, и освобождение Сары от уз входило в их число. Нечто подобное проявлялось и в его отношении к собственному дому: там все должно было оставаться так, как есть, он терпеть не мог, когда кто-нибудь перекладывал конверт на его столе. Не выносил следов чашек на мебели, приобрел несколько пачек салфеток и требовал от своих гостей, чтобы они неукоснительно пользовались ими. Вот почему решено было, что чаще они станут встречаться у Сары – в доме Энтони между ними постоянно вспыхивали споры. Сара вечно нарушала что-нибудь в его подчеркнуто мужской атмосфере. Когда они были у Энтони в последний раз, началась обычная перебранка, в пылу которой Сара назвала его «анальным мастурбатором», а Энтони, чтобы не остаться в долгу, выпалил: «Зато ты – задиристая сука». Так что в доме Сары оба чувствовали себя куда спокойнее. В безопасности оставалась и мебель, и взаимоотношения.

От внезапно ударившего в глаза света Сара заморгала, хотя свет этот был весьма приглушенным. Ее теплая кожа оставалась еще влажной, глаза смотрели в спину Энтони, комкавшего в ладонях шарф и оковы-пояса. Он поднялся с постели и направился к шкафу, где для этих принадлежностей теперь была отведена специальная полка.

– А знаешь, – сказала Сара почти неслышным шепотом, – не будь твое тело таким совершенным, я, наверное, никогда не легла бы с тобой в одну постель.

Глядя на его ягодицы, пока Энтони наклонялся и выпрямлялся, закрывая шкаф, она любовалась игрой его мускулатуры.

Энтони вернулся в постель.

– Легла бы.

– Нет, мне всегда казалось, что ты полон самодовольства. Но у тебя тело атлета – я убедилась в этом. Это видно, даже когда ты одет. Поэтому мне так трудно не поддаться искушению.

Пальцы Энтони прошлись вокруг ее глаз, как бы желая нарисовать новую непроницаемую повязку. Но теперь Сара видела все: его глаза, светящиеся в розоватом свете лампы, выразительную нижнюю челюсть, отбрасывавшую причудливую тень.

– Ты хочешь сказать, что я нужен тебе исключительно благодаря моему телу? – спросил Энтони, нежно касаясь губами ее рта. Невесомый поцелуй.

– Мм… не совсем так. Я хочу сказать, что это, вполне возможно, было решающим фактором.

– Даже не мой острый ум и блестящий интеллект?

– Хорошо, тогда я скажу так: если бы я встретила мужчину с могучим интеллектом и потрясающе умного, а к тому же в складках жира, с кривыми зубами и нездоровой кожей, я, может быть, и захотела бы поболтать с ним по телефону, но явно не испытала бы никакого восторга, увидев его без одежды.

– Это снобизм, Сара. Тебе это известно? Морщинки лучиками собрались в уголках его глаз.

Временами такой была его улыбка, улыбка, которая нравилась Саре.

– Я – настоящий сноб и горжусь этим.

Неожиданным, режущим слух звоном разразился телефон. Сара протянула руку к трубке, но Энтони остановил ее.

– Оставь.

– Нет, – ответила она. – Уже слишком поздно. Никто не стал бы в такое время беспокоить по пустякам.

Произнеся «алло», она подумала, не звучит ли в ее голосе нечто вроде «меня-только-что-трахнули».

– Сара, это Марк. Извини за поздний звонок, но я… С тобой все в порядке?

– Да, а что?

– Не знаю. Просто у тебя был такой голос, когда ты ответила… Слушай, я сейчас у родителей. Я знаю, что уже за полночь, но тебе, наверное, стоит прийти.

Сев в постели, Сара внезапным этим движением едва не сорвала телефонный аппарат с тумбочки. К голове прилила кровь. Так вот как, значит, это происходит – телефонный звонок посреди ночи.

– Что такое? Что случилось?

– С ними все нормально, – быстро ответил Марк. – Отец и мать чувствуют себя отлично. Это не… ну, не то, что ты подумала. Странные какие-то вещи начали твориться сегодня вечером. Я звонил в полицию. По-моему, это как-то связано с предстоящим судом, и думаю, что тебе лучше подъехать ненадолго.