Даниэла Стил - Сестры

— Ты слышала, Хуани? — поцеловав чихуахуа, спросила Тэмми. — Говорят, ты хорошенькая. Ты и, правда, красавица. — Хуанита в ответ вздрогнула всем телом. Тэмми положила вместе с ней в сумочку ее розовый кашемировый свитер, чтобы надеть в самолете. Она всегда жаловалась, что в салоне первого класса настоящий холодильник. Для себя Тэмми тоже захватила кашемировый свитер. Ей всегда было зябко в самолетах. Возможно, это объяснялось тем, что она нерегулярно питалась и часто недосыпала. Но уж в этот уик-энд она выспится как следует в родительском доме. Там возникало странное ощущение, будто она вернулась в чрево матери. Это было единственное место во всей Вселенной, где Тэмми чувствовала себя любимой, накормленной и где не нужно беспокоиться ни о ком другом. Мать обожала суетиться вокруг своих девочек, хотя они давно выросли. Тэмми не терпелось поговорить с сестрами о тридцать пятой годовщине совместной жизни родителей, которую предстояло отпраздновать в декабре. Собирались устроить грандиозный праздник. Две сестры хотели устроить праздник в Коннектикуте, а Тэмми полагала, что сделать это лучше в каком-нибудь отеле в Нью-Йорке. Все-таки дата весьма знаменательная.

Представители VIР-службы довели Тэмми до секьюрити, и дальше она отправилась самостоятельно. Проходя через металлоискатель, она держала на руках Хуаниту, и маленькая собачка дрожала с самым несчастным видом, пока ее снова не посадили в сумку. Тэмми с облегчением увидела рядом со своим местом свободное кресло. Она положила на него кейс и достала папку. Потом, поскольку было очень холодно, надела на Хуаниту свитер. Свой свитер она тоже надела и к моменту взлета уже работала со своими бумагами. Тэмми отказалась от шампанского, от которого будет клонить в сон, и, вынув бутылку воды, предусмотрительно захваченную с собой, дала попить собаке. К тому времени как они пролетели полстраны, Тэмми наконец перестала работать, откинула голову на спинку кресла и закрыла глаза. Ленч она пропустила, а все последние фильмы видела на DVD или частных просмотрах, если удавалось выкроить время. Она разложила кресло и проспала всю оставшуюся часть пути. Неделя выдалась сумасшедшая, но теперь Тэмми, кажется, постепенно начала расслабляться. При встрече с сестрами хотелось выглядеть отдохнувшей. Им надо было о многом поговорить. Но еще больше она ждала момента, когда сможет обнять свою маму. И какой бы насыщенной ни была ее жизнь в Голливуде или на телевидении, поездка домой всегда вызывала радостное волнение.

Сабрина ушла из офиса в шесть часов. Хотелось уйти пораньше, но оставался один срочный документ. Кроме праздничного уик-энда, она брала еще один свободный день, так что секретарша, выйдя на работу во вторник, сама отправит документы в суд. Сабрина, адвокат по гражданским делам в одной из самых популярных юридических фирм Нью-Йорка, не любила оставлять незаконченные дела. Большей частью ей доставались дела о брачных договорах и разводах, а также сложные дела о попечении над детьми. То, что она видела за восемь лет адвокатской деятельности, отбило у нее всякую охоту выходить замуж, хотя она очень любила своего бойфренда, хорошего человека. Крис был адвокатом конкурирующей юридической фирмы. Он специализировался на антитрестовском законодательстве. Судебное разбирательство по таким делам могло тянуться годами. С этим надежным, добрым и любящим человеком Сабрина встречалась в течение трех лет.

Ей минуло тридцать четыре года. Они с Крисом не жили вместе, но три или четыре раза в неделю проводили ночь либо в его квартире, либо у нее. Ее родители, наконец, перестали спрашивать, поженятся ли они, и если да, то когда. Казалось, сложившиеся отношения устраивали всех. Крис был надежен как скала. Сабрина всегда могла на него рассчитывать, и им нравилось проводить время вместе. Оба любили театр, симфоническую музыку, балет, туризм, пешеходные прогулки, теннис и обожали свои общие уик-энды. Большинство их друзей уже были женаты и даже успели обзавестись вторым ребенком. К этому Сабрина пока не была готова, да и не хотела думать об этом. Они оба стали партнерами в своих юридических фирмах. Ему было почти тридцать семь лет, и он время от времени нерешительно заводил разговор о детях, и Сабрина не возражала. Она тоже хотела когда-нибудь завести детей, но только не сейчас. Замуж она не спешила, считая, что они с Крисом все равно, что состоят в браке, только без всех этих головных болей, риска развода и мучений, которые она ежедневно наблюдала в своей адвокатской практике. Ей не хотелось, уподобившись кому-нибудь из своих клиентов, возненавидеть человека, за которого вышла замуж, и горько сожалеть о загубленной жизни. Она любила Криса, и такая жизнь устраивала ее.