Елена Чалова - Кредо содержанки

– Ты заболела?

– Нет.

– Знаешь, так не годится. Давай не будем друг друга мучить. Скажи мне, что случилось.

– Почему?

– Потому что я волнуюсь за тебя! Он тебя бросил? Это не конец света. Даже если ты его любила. Я просто не могу уехать на работу и оставить тебя в таком состоянии.

– Боишься, руки на себя наложу?

– Выглядишь ты так, что это кажется вероятным.

Кира опустила взгляд, потом отошла в коридор.

– Проходи.

Она ушла в кухню, а Рина сменила обувь в холле, зашла в ванную вымыть руки и уж потом последовала за хозяйкой. Кира с сосредоточенным видом разливала в пиалки зеленый чай.

Они сели друг напротив друга на высокие барные табуреты. Пили чай и молчали.

– Кирочка, я знаю, что помочь не смогу. Но все же когда выговоришься – бывает легче. Поверь мне, – осторожно начала Рина.

– Да? Не знаю… собственно, это все из-за тебя.

– Что? – Рина осторожно поставила пиалу на стол. – Что из-за меня?

– Вадим ко мне вернулся из-за тебя.

– Как это?

– Он увидел у тебя тот снимок, каннский.

Рина закусила губы. Да, правда. Она успела так сжиться с картиной-фотографией, что ей и в голову не пришло ее снять, когда позвонил Вадим, сказал, что соскучился и можно ли приехать.

Рина, прислушавшись к себе, решила, что хороший секс будет очень к месту, и согласилась.

Он приехал, принес цветы, вино, фрукты. Она даже накормила его ужином. Очень кстати пришлась запеканка из судака с цветной капустой. Предлагая мужчине сей диетический вариант, она испытывала некоторые сомнения, но Вадим запеканку ел с очевидным удовольствием. Он недавно вернулся из Америки от родителей, рассказывал, как там дела. Рина, чье время ужина давно минуло, сидела напротив, слушала, кивала, задавала вопросы. Мелкими глотками пила вино и никак не могла отвязаться от мысли, что эта сцена просто до неприличия похожа на семейную. Вот муж пришел с работы и рассказывает, как прошел день. А она сидит, делает вид, что слушает, и даже задает вопросы, но думает о своем.

Потом они пошли в спальню. Бог уж знает почему, возможно, виной всему оказались неуместные мысли о рутине семейной жизни, но Рина никак не могла расслабиться и оттого удовольствия получила меньше, чем хотелось бы. Вадим сонно спросил, можно ли ему переночевать, и она посовестилась выставить его на улицу в столь поздний час. Он благодарно поцеловал ее, обнял и через несколько минут уже дышал ровно и глубоко. Рина осторожно высвободилась из жарких объятий: так спать невозможно, он слишком горячий. Потом она долго не могла заснуть, думала то о Машке, то о работе. Пару раз даже мелькнула мысль уйти на диван в гостиную, чтобы не мешать спать тихонько сопящему рядом Вадиму, но она сама себе показалась смешной: «Еще чего, а завтра выглядеть буду как черт знает что». Нет уж, спать надо с комфортом, в собственной кроватке, где и матрас правильный, и подушка удобная, и одеяло не слишком жаркое. Правда, сейчас от этого одеяла ей досталось меньше половины… В конце концов в качестве уступки она решила оставить одеяло Вадиму, а сама завернулась в плед и наконец-то заснула.

А утром, проснувшись, Рина увидела, что он сидит на кровати и смотрит на снимок.

– Это Кира?

– Да.

– Я не знал, что вы были знакомы.

– Почему были? Мы и сейчас подруги. Ты случился сперва в ее жизни, а потом в моей. Никто никого не отбивал и не уводил, так что повода для ссоры у нас с Кирой не было.

Рина видела, что известие об обоюдном знакомстве произвело на Вадима неприятное впечатление. Он помолчал, поглаживая покрытый утренней щетиной подбородок. Потом спросил:

– А жемчуг? Почему на ней твой жемчуг?

– Она ходила на какой-то жутко важный прием, и я дала ей поносить.

Вадим кивнул и больше вопросов не задавал. Рина подруге ничего рассказывать не стала. А потом закрутилась с делами, да еще Иван Александрович позвонил, нужно было ехать на встречу в загородном ресторане, да еще дела, и Машка толком ничего не писала. Рина была по уши в своих проблемах и не обратила внимания на то, что Вадим опять куда-то пропал. Вот теперь понятно, почему он не звонил так долго.

– То есть он вернулся к тебе? – осторожно спросила она.

– Да.

Рина молчала. Пока не очень понятно, в чем трагедия. Вроде они тогда все обсудили с Кирой и решили, что дело это обид не стоит. Впрочем, тогда она мужчину не любила и на кону стоял лишь секс. Если в дело вмешались чувства, то многое могло бы измениться… Рина мысленно покачала головой. Нет, не может быть, чтобы Кира так страдала из-за мужика, который к ней вернулся! Что-то здесь другое, но что? Она никак не могла сообразить, как бы поаккуратнее сформулировать следующий вопрос. Но тут Киру, наконец, прорвало. Она заговорила быстро, глядя в пустую пиалу, которую изо всех сил сжимала в ладонях.