Джан Колли - Неотразимая Люси

Он понимал, что она делает — снова отвлекает его внимание от своих проблем, своего одиночества, используя впечатляющий арсенал: очарование, поцелуи, секс. Отличный способ добиться желаемого.

Но в ней достаточно стойкости и упорства, чтобы справиться с Томом, даже если она сама этого еще не знает, и Итан твердо намерен, поддерживать ее до конца.

Но только не сейчас. Прошептав имя девушки, он погладил ее волосы, лицо и заставил посмотреть на него. Она приподнялась, он опустил голову, и их губы встретились. Что-то светилось в ее глазах, неясное и печальное, но прежде чем Итан успел задуматься и встревожиться, он был захвачен ее поцелуем, отвлечен ощущением ее тела на своем.

Она прижималась к нему, выгибала спину. Итан чуть-чуть приспустил с ее плеч халат так, чтобы грудь оставалась прикрытой, и залюбовался сиянием кожи на фоне прохладной голубизны шелка. Люси сделала глубокий вдох, отчего ее грудь поднялась. Шелковая ткань с невероятной чувственностью заскользила под его пальцами и по ее коже, и во рту у него пересохло.

Итан медленно потянул халат вниз по ее рукам. По тем местам, где скользила ткань, следовали его губы. Мраморная кожа трепетала и вздрагивала. Нежный мускусный аромат обволакивал его. Поддерживая ее, одной рукой, он взял то, что было ему так нужно, и дал ей освобождение, которого она так жаждала.

Потом они лежали, прильнув, друг к другу, и Итан слушал, как дыхание Люси становится реже и глубже. Он был уверен, что она мало спала ночью после шокирующих откровений Тома.

Итан тоже чувствовал какое-то беспокойство. Или нетерпение вернуться к работе. Или даже самодовольство после лучшего в своей жизни секса.

Руки сами потянулись прижать ее крепче, но он остановил себя.

Сейчас самое важное для него — заключить сделку и получить Черепаший остров.

И как назло именно теперь вокруг Люси все рушится. Может ли он остаться хотя бы на пару дней? С другой стороны, он же читал экономические доклады. Островитяне не должны охладеть к «Магна корпорейшн».

Итан вытянул шею, чтобы полюбоваться изгибом щеки Люси, тенями ресниц на бледной коже.

Нужно набраться терпения, и через каких-нибудь пару лет он сможет расслабиться и подумать о будущем. Быть может, о будущем с Люси, если он все еще будет нужен ей.

Она вытянула ноги и с удовлетворенным вздохом прильнула крепче. Его сердце переполнилось чувствами, озадачивая его. Это казалось интимнее, чем все, что было с ним раньше.

Итан зажмурился, потом резко открыл глаза. Что это? Любовь?

Люси надела плащ и резиновые сапоги и пошла, чистить конюшню. Их конюх оказался отрезанным от них вчерашним наводнением, а она не могла вернуть лошадей в конюшню, пока стойла не будут вычищены.

Девушка обнаружила, что отвратительный запах промокшей скользкой соломы вполне соответствует ее настроению.

Люси устала оттого, что дорогие ее сердцу люди равнодушны к ней. Она никому не внушала любви, начиная с того дня, как ушла мама.

Видно, есть в ней что-то такое, что означает: ей никогда не быть номером первым. Она всегда будет временной, удаленной, глуповатой малышкой Люси.

Конечно, ее раздражение необоснованно. Она не может ждать, чтобы Итан отказался от своей работы, как и он не может ожидать, что она бросит свое наследство на произвол судьбы.

Впрочем, если Том добьется своего, ее наследство будет разрезано на куски и пущено по ветру. И с чем тогда она останется?

Как всегда — ни с чем. Ни с кем.

Какой у нее выбор? Самый логичный и вероятный — остаться здесь и бороться с упрямством Тома, возможно, с его врагами и, наверняка, с его демонами, при этом, пытаясь каким-то образом превратить «Саммерхилл» из погрязшей в долгах, плохо управляемой туристической базы и заброшенной фермы... во что? Думала ли она об этом?

Или, может, сесть в ближайший самолет и улететь куда-нибудь, все равно куда, как она делала это раньше?

Но вдруг Итан все-таки любит ее или со временем мог бы полюбить? Он дал ей надежду и немного уверенности в себе. Она больше не чувствует себя ни к чему не пригодной глупышкой.

А что он сделает, если она прямо сейчас скажет ему, что любит его? Убежит, как все, кого она когда-либо любила? И сможет ли она довольствоваться одной лишь физической любовью?

Была не была. Люси прислонила метлу к деревянной перегородке и решительно направилась к дому, пока не струсила. Быть может, это от запаха гниющей соломы у нее все перемешалось в голове, но она пойдет в дом и откроет Итану душу.