Вплоть до четырех часов, когда наконец позвонил Брэндон, Аллегра ни разу не подошла к телефону.
Услышав голос Брэндона, она сразу сняла трубку — ей хотелось побыстрее покончить с неприятным делом, а Брэндон обещал заехать вечером, как только прилетит из Сан-Франциско.
— Здравствуй, Брэндон, — спокойно сказала Аллегра. Рука у нее сильно дрожала, буквально ходила ходуном, но голос не дрогнул.
— Привет, детка, как ты там? Как долетела из Нью-Йорка?
— Спасибо, хорошо. — Она говорила с холодком, но без недовольства, и Брэндон решил, что ее мысли заняты работой. С ним тоже такое часто бывало, и он не увидел в ее холодности ничего странного.
— Я звонил тебе в пятницу днем, но не застал, — спокойно сообщил он, ни о чем не подозревая.
— Я прослушала твое сообщение. Откуда ты звонишь? Ее напряжение постепенно росло.
— Все еще из Сан-Франциско, мы с девочками прекрасно провели выходные вместе, — разглагольствовал Брэндон как ни в чем не бывало. — Теперь, когда процесс закончился, у меня словно гора с плеч свалилась. Просто потрясающе.
Очевидно, уик-энд тоже прошел «потрясающе».
— Что ж, рада слышать. Когда ты возвращаешься в Лос- Анджелес?
— Собираюсь вылететь шестичасовым рейсом, могу заехать к тебе около восьми.
— Это было бы замечательно. — Аллегра сама почувствовала, что голос прозвучал механически, как голос робота, и Брэндон на сей раз это заметил.
— Что-нибудь не так, дорогая? — В его голосе не слышалось тревоги или сочувствия, только удивление, ведь обычно она была такой сердечной. — Все еще не отошла от перелета? Трудная была поездка?
— Да, пожалуй. — Это была самая трудная поездка за всю ее жизнь. — Значит, увидимся в восемь.
— Отлично. — Брэндон поколебался, словно чувствуя, что от него требуется нечто большее, чем обычно, и в кои-то веки решил добавить: — Аллегра… я очень по тебе соскучился. — Он был большим мастером заметать следы.
— Я тоже, — прошептала она, чувствуя, как глаза снова наполняются слезами. — Я тоже по тебе скучала.
Всего хорошего, до вечера. — Аллегра попыталась закончить разговор.
— А ты не хочешь пойти куда-нибудь пообедать?
Аллегра могла только удивляться, как у него еще остались
силы после уик-энда с Мисс Прозрачное Неглиже. Впрочем, может, они знакомы уже давно, страсти поутихли и от Брэндона не требовалось такого пыла, как ей представлялось.
— Честно говоря, я бы лучше осталась дома. — То, что она собиралась, нельзя было сказать в ресторане или где-нибудь еще, разговор не для чужих ушей. И ради собственного блага ей нужно покончить с этим разговором как можно скорее.
Аллегра вышла прогуляться, потом еще раз позвонила родителям. Матери соврала, что собирается допоздна работать в офисе.
— В воскресенье? — Блэр забеспокоилась: дочь слишком много работает, да и голос звучит устало. — Ну куда это годится!
— Мама, не забывай, я отсутствовала целую неделю. Заеду к вам как-нибудь в будни.
— Береги себя, — заботливо сказала Блэр. Аллегра была благодарна матери за то, что та на этот раз даже не спросила о Брэндоне.
На обед Аллегра ограничилась йогуртом, попыталась смотреть по телевизору новости, но поймала себя на мысли, что не понимает ни слова. Наконец она просто легла на диван и стала ждать вечера. В пятнадцать минут девятого с улицы донесся гул мотора. Услышав, что Брэндон вставляет ключ в замок — она примерно год назад дала ему ключи от дома, — Аллегра села. Брэндон вошел с довольным видом, заулыбался и подошел к дивану, где сидела Аллегра, намереваясь обнять ее. Но его ждал сюрприз — она встала с дивана и отошла в сторону, пристально глядя на него. В его глазах она не находила ответа ни на один из мучивших ее вопросов.
Брэндон этого не ожидал. Обычно Аллегра бывала приветливой, нежной, и сейчас он опешил. Довольно долго она не издавала ни звука, они стояли и молча смотрели друг на друга. Наконец Брэндон прервал молчание:
— Что-нибудь случилось?
— По-моему, да, а по-твоему, Брэндон?
Больше она ничего не добавила. Брэндон насторожился, лицо стало каменным.
— Что все это значит?
— Может, ты сам мне объяснишь, Брэндон? Кажется, уже давно происходит нечто такое, о чем я не знала. Некие события, о которых тебе следовало бы упомянуть.
— Какие, например? — Брэндон посмотрел ей в глаза. Аллегра чувствовала, что он начинает сердиться, но знала, что это своего рода защитная реакция. Его поймали с поличным, и Брэндон понял это сразу. — Не понимаю, о чем это ты толкуешь.
Читать дальше