Даниэла Стил - Свадьба

Рэйнбоу О’Донован чуть ли не швырнула Мэла в спальню, крича при этом так громко, что наверняка перебудила всех соседей. Но это Аллегру уже не касалось, она отправилась домой. Вернулась она около семи. Джефф в это время принимал душ, горячий кофейник стоял на плите. Аллегра, налив кофе, с чашкой в руке прошла в спальню и без сил опустилась на кровать. Она совершенно вымоталась, но это была далеко не первая подобная ночь в ее жизни. Именно этим возмущался Джефф, и он был прав. Однако Аллегра все равно не могла ничего изменить.

Высушив волосы, Джефф вышел из ванной и, увидев Аллегру, вздрогнул от неожиданности. Из-за шума фена он не слышал, как она вошла. Взглянув на сгорбившуюся Аллегру, Джефф понял все без слов.

— Как все прошло?

— Лучше некуда. У Мэла отобрали права. — Аллегра поставила чашку и со стоном вытянулась на кровати. Джефф подошел и присел рядом.

— Извини, что я ночью погорячился. Просто я очень устал от всех этих людей, которые постоянно тебя дергают, просто покоя не дают. Разве это справедливо?

— По отношению к тебе это тоже несправедливо. Тебе-то с какой стати терпеть ночные звонки? Мне придется выставить им свои требования. Сегодня, когда я везла Мэла домой, поняла, что он мог с таким же успехом позвонить своей жене. Кажется, он побоялся.

— Сделай так, чтобы они и тебя боялись, — посоветовал Джефф. Он наклонился к Аллегре и поцеловал ее. Через час ему нужно было быть на студии, а в два часа они вылетали в Ныо-Йорк. — Ну как ты, справишься? — спросил он, вставая.

— Со мной все будет в порядке.

— Я заеду за тобой в двенадцать.

— Хорошо, к этому времени я буду готова, — пообещала Аллегра.

К девяти она поехала на работу, чемоданы уже лежали у нее в багажнике. Элис протянула ей пачку факсов и разные документы. Аллегра просмотрела бумаги, рассортировала по папкам и стала убирать папки в стол. Тут в ее кабинет вошла Элис с последним номером «Чаттера» в руках. Аллегра поморщилась:

— Только не говори, что здесь написано что-нибудь, имеющее отношение ко мне! — Впрочем, все было и так ясно: если Элис принесла эту бульварную газетенку, значит, там напечатан материал, задевающий интересы кого-то из ее клиентов. Возможно, все-таки придется остаться в городе.

Элис, осторожно держа газету двумя пальцами, как будто боялась обжечься или испачкаться, положила ее на край письменного стола. И Аллегра поняла почему, едва взглянула на первую страницу. Фотографии были просто отвратительны, да и заголовки не лучше. Можно себе представить лицо Кармен, когда она их увидит!

— О черт! — Аллегра поколебалась и посмотрела на секретаршу. — Пожалуй, мне лучше самой ей позвонить.

Аллегра взяла трубку и стала набирать номер, но в это время зазвонил внутренний телефон, и оператор сказала, что на линии мисс Коннорс. Оператор, правда, забыла уточнить, что мисс Коннорс в истерике, но Аллегра скоро поняла это и без ее слов.

— Я только что видела статью, — спокойно сказала Аллегра.

— Нужно подать на них в суд!

— Вряд ли это будет разумно.

Аллегра вполне разделяла чувства Кармен и догадывалась о реакции Алана, когда он увидел эту писанину. В газетной статье говорилось, что Кармен Коннорс, жена Алана Карра, летала в Европу делать аборт. Тут же было помещено несколько фотографий, на которых Кармен была снята выходящей из больницы. Один снимок создавал у читателя впечатление, что Кармен крадется тайком, хотя в действительности она просто скорчилась.

— Это клевета! Как они могли так поступить со мной!

Кармен всхлипнула. Аллегра не знала, как ее утешить, но

считала, что если подать на газету в суд, будет еще хуже. У этих мерзавцев опытные адвокаты, которые не раз вызволяли их из подобных историй и, как правило, выигрывали дело.

— Ну почему, почему про меня пишут гадости? — снова запричитала Кармен.

Аллегра чувствовала себя беспомощной: гнусная статья уже напечатана, и она ничего не могла изменить.

— Не почему, а зачем. Они пишут всякую дрянь, чтобы продать больше экземпляров своей паршивой газетенки. Выброси ее и забудь.

— А вдруг статья попадет на глаза моей бабушке?

— Не волнуйся, Кармен, она же тебя знает, значит, не поверит этой ерунде.

— Моя бабушка поверит. — Кармен рассмеялась сквозь

слезы. — Она же как-то раз поверила, что восьмидесятисемилетняя женщина родила пятерых близнецов.

— Ну что ж, если она поверит, ты ей объяснишь, что это вранье. Мне очень жаль, Кармен, правда, но мы ничего не можем изменить.