Руфь Уолкер - Мишель

— Ты взял… ну, эту штуку? — спросил Дэнни у Бобби, усевшегося за руль. Бобби кивнул, и брат забрался на переднее сиденье, оставив место сзади для Мишель.

— Мишель, иди сюда, здесь хватит места для всех! — крикнул Бобби, но прежде чем Мишель успела ответить, Дэнни сказал:

— Нечего. Давай, Бобби, трогай!

Минут сорок пять они тряслись в машине, миновали Атланту, затем пригороды. Никто не произнес ни слова. Мишель была слишком упряма, чтобы о чем-то спрашивать, но по ярким афишам поняла, что они приближаются к цирку Лэски, и впервые пожалела, что ввязалась в это дело. Чего ради Дэнни лезет на территорию врага? Неужели его пари касается цирка Лэски? Может быть, он поспорил, что сумеет бесплатно просочиться на трибуны?

Цирковой городок примыкал к большому торговому центру, а в нем самом было несколько каменных зданий, в том числе и конюшня. При всем своем патриотизме Мишель не могла не признать, что соперники поставили дело на широкую ногу и ее родной цирк производит менее солидное впечатление.

Бобби вырулил на автостоянку, вышел из машины, достал из багажника тяжелую коричневую сумку и протянул ее Дэнни — тот молча взял ее. И снова Мишель засеменила за братом и его приятелем, которые направились к большой арене, а потом свернули налево. Начиная все больше тревожиться, Мишель поняла, что это зверинец.

Мимо, беззлобно переругиваясь, прошли трое парней в рабочих комбинезонах, и прежде чем они скрылись за углом, Мишель из их разговора догадалась, что они направляются в походную кухню. В желудке у нее заурчало, и девочка вспомнила, что сама она до сих пор еще не позавтракала.

— Стой здесь и никуда не ходи… — прошипел Дэнни. Согнувшись в три погибели, он скользнул в дверь, волоча за собой коричневую сумку. Еще секунда — и он исчез в зверинце.

Бобби присел на корточки, злорадно поглядывая на Мишель. «Дэнни может попасть в переделку», — с тоской подумала она, но как ни подмывало ее спросить у него, что они затеяли, она скорее умерла бы, чем стала разговаривать с этим идиотом Бобби.

Через несколько минут Мишель обнаружила, что ноги затекли, и пошевелилась. Только сейчас она заметила, что Бобби придвинулся к ней вплотную. Когда же он погладил ее по колену, Мишель что есть силы толкнула его, и Бобби, потеряв равновесие, шлепнулся на землю.

— Попробуй еще хоть раз, и я обо всем расскажу Дэнни, — гневно прошептала она.

— Не вздумай! Я скажу, что ты сама меня подбивала на это дело. И если ты сейчас начнешь сопротивляться или кричать… — Он сделал какой-то жест, и в руке у него блеснул нож.

— Что здесь, черт побери, происходит?..

Мишель обернулась так резко, что кепка свалилась с ее головы и волосы рассыпались. Перед ней стоял молодой парень, он был от силы на год старше Дэнни: светловолосый, высокий и стройный, в джинсах и стетсоновской шляпе он выглядел стопроцентным ковбоем из кинофильма. В жизни Мишель не видела такого симпатяги.

— Ты что это, братец, пристаешь к ребенку? — протяжно, с расстановкой, как настоящий ковбой из фильма, спросил он Бобби.

— Пойди займись своим делом, приятель. Это моя сестра…

— Он врет! — возмущенно крикнула Мишель.

— Я так и понял. Давай вали отсюда, слышишь? И если я еще раз увижу, что ты шатаешься возле цирка, я тебе все ребра пересчитаю.

Бобби набычился и не двинулся с места.

— У него нож… — торопливо предупредила Мишель.

— Спасибо, но я уже заметил. Так или иначе, а ему придется уйти, если он не хочет попасть в серьезную переделку.

Бобби выругался, но ушел, нарочито медленно и вызывающе ухмыляясь.

— А откуда ты знал, что он не набросится на тебя с ножом? — восхищенно спросила Мишель.

— Ну, заранее никогда ничего не знаешь… Но я люблю риск — что за жизнь без него? — Он победоносно улыбнулся, и у Мишель захватило дух, таким прекрасным он ей показался.

— С тобой все в порядке? — деловито спросил он.

Мишель кивнула, внезапно оробев.

— В полном. Спасибо за… в общем, зато, что ты прогнал его.

— Вот и хорошо. — Он смерил ее любопытным взглядом, отметив про себя джинсы и большую, не по размеру, ветровку. — Ты, должно быть, из семейства Глизонов? Мой брат только что их нанял и сказал, что одна из девочек — рыженькая и невероятно симпатичная.

— Твой брат?

— Стив Лэска — тот, что вас нанял. Он директор цирка. А я — Дэвид Лэски. — Он, казалось, не заметил ее испуга. — Тебя из-за цвета волос как-нибудь обзывают?

— Ну-у, не знаю…

— А Морковкой никто не называл? — Парень усмехнулся, увидев, как она нахмурилась. — Сколько тебе лет, Морковка?