Лора Бекитт - Девадаси

Когда со дня свадьбы прошел месяц, он тайком отправился в Бишнупур.

К этому времени Киран уже понял, что представляет собой его брак. Когда он заговаривал с Мадхур, она опускала глаза и робко соглашалась с его мнением. Девушка знала, что должна беспрекословно подчиняться любым требованиям супруга, и не подозревала, что судьба может дарить наслаждение, волнение и восторг. Любовь? Никто и никогда не говорил ей о любви — только о послушании, преклонении, о том, что она рабыня своего мужа. Сама мысль о том, что женщина способна разделить полную событий, эмоций, борьбы жизнь мужчины, казалась кощунственной.

Мадхур не знала грамоты и ничего не понимала в книгах, которые читал Киран. Она была хорошей женой, послушной и верной, но он не испытывал к ней никакого интереса.

Разумеется, Киран не знал о том, что Амрита родила девочку, которую назвала Аминой [17] Амина — желанная. , он даже не предполагал, что такое может случиться.

В тот час, когда Киран приехал в Бишнупур, молодая женщина вышла на улицу с ребенком на руках и села на край деревянной скамьи.

Амрита еще не вернулась к обычным обязанностям девадаси, потому что ее дочери исполнилось всего три месяца и она кормила ребенка грудью.

За прошедший год молодая женщина передумала о многом.

Амрита боялась, что больше не сможет жить так, как жила прежде, когда ее сердце было свободно, когда она не беспокоилась о собственной судьбе и не имела дочери, о которой нужно заботиться. Но иного выхода не было: Киран не вернулся за ней, значит, ей придется служить в храме.

Укачивая дочь, молодая женщина заметила, что к ней приближается Камал. Амрита старалась его избегать: из-за этого человека она лишилась лучшей подруги!

Камал подошел, и Амрита увидела, что его зрачки расширены и что он не слишком твердо держится на ногах. Очевидно, это было вызвано действием одурманивающих веществ, которые жрецы, случалось, использовали в своих ритуалах.

Взглянув на него, Амрита внезапно подумала о том, что даже столь яркая, ослепительная, необычная красота не всегда приносит человеку счастье.

— Позволь сесть рядом с тобой, — сказал он и улыбнулся.

Амрита молча кивнула.

— Как зовут твою дочь?

— Амина.

— Красивое имя! Какое счастье, что, когда она подрастет, я уже буду дряхлым стариком.

Амрита рассмеялась.

— Ты не будешь стариком, ты будешь привлекательным зрелым мужчиной.

С лица Камала сбежала улыбка, и он сказал:

— Сегодня мне выпал жребий совершить обряд посвящения, но я отказался. Притворился, что болен. Жрецы были недовольны.

— Почему ты решил отказаться? — спросила Амрита.

— Потому что больше не могу выносить всего этого. Старики, снимающие с юных танцовщиц одежду и рисующие знаки на их телах, испуганные девочки, которых одурманивают, чтобы они не испытывали стыда и не чувствовали боли…

— Думаешь, тебя накажут?

— Не знаю, да это и не имеет значения. Верховный жрец сказал, что ко мне приведут нескольких мальчиков: я должен готовить себе преемника.

— Ты огорчен?

— Повторяю, мне все равно.

Амрита долго слушала шум ветра в листве, потом сказала то, что думала:

— Прошу, не разрушай себя, Камал! Я никогда не встречала такой гибкости, красоты, легкости и совершенства движений, как у тебя. Это — твой путь. Не сходи с него. Делай то, для чего ты предназначен. Думаю, тебя не наказали бы за связь с Тарой, даже если б ты взялся отстаивать свою правоту. Верховный жрец прекрасно понимает, что ты — одно из сокровищ Шивы. Дороже золота и драгоценных камней. Пока ты взрастишь достойного преемника, пройдет вечность. Ты еще долго будешь блистать в танцах и вызывать восторг как паломников, так и служителей храма.

Камал улыбнулся и протянул руки.

— Позволь подержать твою дочь!

Амрита отдала ему ребенка.

— Какая красивая! — восхитился Камал, посмотрев в личико девочки. — Она… она кажется ненастоящей.

— Тем не менее это единственное «настоящее», что мне принадлежит, — сказала Амрита и спросила: — Ты хотел бы иметь детей?

— Да. Девочку. — В эти минуты Камал был искренен, как ребенок. — И чтобы ее родила Тара. — Он умоляюще посмотрел на Амриту и спросил: — Быть может, мне стоит поехать в Калькутту и разыскать Тару? Попытаться ее вернуть?

Амрита покачала головой.

— Нет. Ты не знаешь жизни за пределами храма, не знаешь людей. С тобой может случиться несчастье. Мне кажется, рано или поздно Тара сама приедет к нам.

— Ты считаешь, это возможно?