Даниэла Стил - Моменты

— Десять лет. Он начал работать со дня окончания университета.

В дверях появилась женщина, нанятая на этот вечер помогать Консуэле.

— Извините, что мешаю вам, мистер Монтойя, но Консуэла просила вас заглянуть на кухню.

— Скажите ей, что я сейчас приду, — он повернулся к Элизабет. — Может быть, хочешь чего-то еще, пока я не ушел?

— Амадо, перестань нянчиться со мной. Я вполне способна сама о себе позаботиться.

— Ну, кто же спорит? — он слегка прикоснулся губами к ее щеке. — Но тогда ты лишишь меня удовольствия.

Она внимательно смотрела, как он идет через террасу и исчезает в доме. Значит, вот так это выглядит, когда влюбляешься? Когда каждая мысль, каждый поступок вертятся вокруг любимого человека? Она завидовала Амадо. Ей хотелось бы испытывать то же, что и он. Но ведь когда кто-то по-настоящему нравится тебе, это считается предвестием любви, а у Элизабет разве что чуть-чуть быстрее обычного билось сердце.

Она добрела до плетеного стула, уселась и заметила, что в гостиной стоит Майкл Логан и внимательно разглядывает ее. Хотя Амадо и рассказывал, что они с Майклом ходят вместе на вечеринки и вращаются в одних и тех же кругах, сегодня Элизабет всего во второй раз видела его не в привычных джинсах и простенькой рубашке. Ей пришло на ум выражение, которым, бывало, пользовалась ее бабушка: «Вот теперь он действительно хорошо прибран». Элизабет решила, что, по всей вероятности, его манера держать себя, с этакой спокойной, непритязательной самоуверенностью, и грубоватая сельская красота выделяют его из толпы. Что бы он ни носил, все сидит на нем красиво и ладно.

— А Амадо не с вами? — спросил Майкл.

— Он должен вернуться с минуты на минуту.

Майкл вышел на террасу и, подойдя к столу, подцепил крекер, добавив к нему кусочек сыра.

— Я немного удивлен видеть вас здесь, — признался он. — У меня почему-то создалось впечатление, что вы не станете так тщательно работать над этой кампанией, пока все не будет готово к началу.

Элизабет обнаружила в его заявлении своеобразный подтекст. У нее был соблазн решить, что она просто не нравится Майклу, но она поняла, что подобная мысль застрянет в голове надолго и внесет предубежденность в ее отношение к нему. Видно, он просто не знал, о чем говорить. Выйдя таким образом из затруднения, Элизабет вздохнула.

— Осталось несколько деталей, с которыми необходимо разобраться, прежде чем мы сможем приступить к работе.

— Амадо, как я знаю, нравятся ваши идеи.

— Приятно это слышать.

В особенности после того, как Амадо заплатил Джереми кругленькую сумму за то, чтобы тот не пытался предъявить свои права на идеи, которые возникли у Элизабет по сделке с Монтойя в те недавние времена, когда она еще работала в этом агентстве.

— И когда же вы начнете?

Если бы Элизабет рассказала ему о том, что кампанию она будет проводить самостоятельно, он бы засыпал ее встречными вопросами по поводу ее ухода из «Смит и Нобл», а это непременно привело бы к сегодняшнему званому вечеру. И сюрприз Амадо был бы погублен. Придется либо солгать, либо уйти от прямого ответа.

— Мне бы хотелось иметь нечто готовое к осени, чтобы мы могли воспользоваться рождественскими праздниками.

— Я и представления не имел, что на подобные вещи уходит так много времени.

— Ну, когда речь идет о средствах массовой информации, то в дело вовлекается масса людей. Нам предстоит координировать рекламу на телевидении, на радио и в печати.

— И вы полагаете, что если все пойдет хорошо, то удастся осуществить мечту Амадо о выходе на рынок?

То, как он задал этот вопрос, создало у Элизабет впечатление, что у него на сей счет есть сомнения.

— Конечно, гарантии нет. Но я ни в одной кампании не испытывала большей уверенности.

— Предположим, вы правы и легкий успех у нас в кармане. А что случится, если спрос окажется больше предложения?

— Это может вызвать у потребителя такое раздражение, что продукцию «Вин Монтойя» не станут покупать даже за полцены. А возможно, спрос будет таким, что розничный торговец сможет назначить любую цену по собственному усмотрению и как-то выйти из этого положения. Кто знает?

— А есть вероятность, что кампания не будет подготовлена до следующего года?

— К чему вы клоните, Майкл?

— Ни к чему.

— У меня создалось впечатление, что у вас существовали контракты с другими винодельнями на выпуск столовых вин Монтойя в случае слишком большого спроса.

— Если бы мы даже использовали все до единой из подстраховывающих нас виноделен, нам все равно еще шагать и шагать, чтобы суметь хоть как-то справиться с последствиями того, что вы задумали сделать с нами.