Даниэла Стил - Негодяй

— Я тоже. Американцы — простые, прямые парни, и мне это в них нравится. Европейцы намного сложнее. Они любят создавать себе трудности. Мои родители пытались развестись в течение двенадцати лет. То сходились, то расходились — настоящее наказание для всех нас. Сама я никогда не была замужем и не стремлюсь заводить семью. Брак пугает меня. Он только портит жизнь.

Она говорила все это таким тоном, как будто речь шла о погоде или путешествии. Блейка забавляли ее манеры. Эта удивительная девушка все больше нравилась Блейку. Таких, как она, британцы обычно называли «слегка чокнутыми». Одетая в сари, с бинди на лбу и татуировками на теле, она походила на лесную нимфу или сказочного эльфа. Блейк заметил массивный браслет с изумрудами на ее руке и большое кольцо с рубином на пальце. Похоже, у нее было много драгоценностей.

— Я согласен с вами в том, что брак порой портит людям жизнь. Но в отличие от многих я сохранил со своей бывшей женой дружеские отношения. Сейчас мы любим друг друга даже больше, чем когда состояли в браке.

Блейк искренне верил в это и знал, что Максин разделяет его привязанность.

— У вас есть дети? — спросила девушка, протягивая ему вазочку с оливками.

Блейк бросил две оливки в рюмку с водкой.

— Да, трое — тринадцати, двенадцати и шести лет. Девочка и два мальчика.

— Как мило. Я не хочу иметь детей и считаю, что те, кто заводит их, отважные люди. Необходимость заботиться о детях, ответственность за них всегда пугали меня. То они болеют, то плохо себя ведут, то у них какие-то проблемы в школе… Ужас! Воспитывать детей труднее, чем дрессировать собаку или выезжать лошадь. У меня как-то была собака, так она гадила прямо в доме. Я уверена, что с детьми было бы еще хуже.

Блейк расхохотался, живо представив картину.

Мимо них прошел Мик Джаггер и поздоровался с собеседницей Блейка. До этого с ней здоровались и другие гости. Похоже, Блейк был единственным человеком, который не знал девушку в сари. Почему он до сих пор ни разу не встречал ее на светских тусовках?

Он рассказал ей о своем новом доме в Марракеше, и она похвалила такой великолепный проект. Оказалось, она едва не пошла учиться на архитектора, но в последний момент передумала. Ей всегда с трудом давалась математика. И вообще она плохо училась в школе.

К Блейку подошли приятели и отвлекли его на минуту, а когда он снова повернулся, чтобы продолжить разговор, она бесследно исчезла. Блейк был сильно разочарован. Незнакомка пленила его своей живостью — умная, эксцентричная, откровенная и внешне очень привлекательная.

Разыскав Мика Джаггера, Блейк спросил у него имя незнакомки.

Музыкант рассмеялся:

— Неужели ты ее не знаешь? Это Арабелла, виконтесса. Говорят, ее отец — самый богатый пэр Англии.

— А чем она занимается?

Возможно, Арабелла ничем не занималась, но из разговора с ней у Блейка сложилось впечатление, что у нее есть любимое дело.

— Она художница, пишет портреты, причем великолепные. У нее нет отбоя от людей, желающих сделать свой портрет и готовых хорошо заплатить за это. Арабелла уже сколотила целое состояние. Она пишет также лошадей и собак заказчиков. Это чокнутая, но очень милая девушка, типично британская эксцентричная особа. По слухам, она была помолвлена с каким-то чудаковатым французом, маркизом или кем-то в этом роде. Не знаю, что произошло, но Арабелла так и не вышла замуж. Вскоре уехала в Индию и завела там роман с каким-то местным богачом. Домой вернулась с кучей красивых драгоценных камней. Я никак не могу поверить, что ты не знаком с ней. Арабелла очень забавная.

— Я это заметил, — сказал Блейк. — Жаль, не успел взять у нее номер телефона.

— Это не беда. Пусть твой секретарь завтра позвонит моему секретарю, у меня есть номер телефона Арабеллы. Впрочем, он есть у половины жителей Англии. По крайней мере у тех, кто заказывал ей свои портреты. Кстати, у тебя есть хороший предлог, чтобы продолжить знакомство. Закажи ей свой портрет.

Это действительно был хороший предлог для того, чтобы снова встретиться с женщиной, которая произвела на него огромное впечатление.

Вскоре Блейк уехал с вечеринки, а на следующее утро его секретарь раздобыл номер телефона Арабеллы. Это оказалось нетрудно.

Взяв листок бумаги с цифрами, Блейк некоторое время задумчиво смотрел на него, а потом набрал номер. Ему ответил знакомый женский голос.

— Арабелла? — стараясь говорить уверенным тоном, спросил он.

Впервые в жизни Блейк почувствовал неловкость, общаясь с женщиной. Арабелла походила на вихрь или тайфун. Она была намного искушеннее и умнее тех девушек, с которыми Блейк обычно заводил романы.