Даниэла Стил - Отель «Вандом»

— Ты вчера что, флиртовал с этой дамой-дизайнером или мне показалось? Она очень привлекательная, и мне кажется, ты ей нравишься.

Похоже, Элоизу это забавляло, но ничуть не тревожило. Ее отец был красавцем, и женщины постоянно пытались привлечь его внимание. Он над этим немного подшучивал, и Элоиза не сомневалась, что ее отец — убежденный холостяк.

— Надеюсь, что нравлюсь, — спокойно ответил Хьюз. — Мы с ней встречаемся вот уже год. Она совершенно особенная, и я надеюсь, что вы с ней сойдетесь.

Наконец-то он открыл дверь, которую обходил целый год, и ему показалось, что оттуда повеяло свежим воздухом. Он больше не собирался лгать.

Но Элоиза выглядела так, словно он только что опрокинул на нее ведерко со льдом. Она уставилась на отца, не в силах поверить услышанному.

— Что это значит — вы встречаетесь? Ты что, спишь с ней?

Она потрясенно смотрела на Хьюза. Элоиза никак не была готова к подобному заявлению и сейчас хотела только одного — чтобы он сказал, что пошутил и они всего лишь друзья. Но Хьюз ничего подобного не сказал. Маски сняты, и дочери давно пора повзрослеть. Он обещал Натали, и сделать это следовало давным-давно ради них всех, в том числе и ради Элоизы, нравится ей это или нет. Пока, похоже, совсем не нравится.

— Она что, твоя возлюбленная? — Элоиза гневно сверкала глазами, дожидаясь ответа, которого вовсе не хотела слышать.

Хьюз очень спокойно ответил:

— Да, Элоиза, так и есть.

— Почему ты мне раньше не сказал? — Она выглядела одновременно разъяренной и оскорбленной, вероятно, и чувствовала себя так же.

— Я хотел, но никак не мог выбрать подходящего времени. Ты была так далеко отсюда. Кроме того, на какое-то время мы с ней встречаться переставали.

Элоиза не знала, что сказать. Она вскочила, подошла к окну и остановилась там, раздумывая. Потом повернулась к отцу с таким убитым горем лицом, что у него чуть сердце не разорвалось.

— Зачем? Зачем тебе нужна женщина? У тебя никогда никого не было! — Элоиза задавалась вопросом — может, причина в том, что она уехала из дома? — Ты чувствовал себя одиноким? — На ее лице отразилась жалость к нему. Натали, конечно, женщина приличная и респектабельная, но лучше бы он завел собаку. — У тебя никогда раньше не было женщин. Почему сейчас?

— В течение всех этих лет я время от времени встречался с женщинами, — честно ответил Хьюз. Он больше не хотел врать ей, и она уже достаточно взрослая, чтобы знать. Оказывается, говорить правду намного приятнее. — Но ни одна из них ничего для меня не значила, — продолжил он, — поэтому я их с тобой не знакомил. А Натали — совсем другое дело.

— Но как же? — Элоиза в панике уставилась в глаза отцу. Она не собиралась уступать свое место кому-то другому. — Наша жизнь вдвоем была совершенно особенной. Зачем все портить?

— Натали ничего не испортит, — ласково ответил Хьюз. Ему хотелось подойти и обнять ее, но он этого не сделал. Похоже, Элоизе сейчас необходимо личное пространство, а он уважал ее желания. — Кроме того, ведь ты жила в Париже с Франсуа. Почему в моей жизни не может появиться женщина?

Паника в ее лице усилилась. Натали еще достаточно молода, чтобы родить ребенка, хотя Элоиза очень надеялась, что ничего подобного не случится. Она даже не стала упоминать, что отцу пятьдесят три, а Натали на тринадцать лет моложе. Несмотря на шок, она оставалась достаточно вежливой, хотя выглядела сраженной этой новостью.

Отец негромко заговорил:

— Мы с тобой вдвоем провели чудесные годы, и я не променял бы их ни на что в мире. Но ты выросла. Ты полгода жила с мужчиной, и я не возмущался, хотя меня это сильно беспокоило. Я считал, что ты имеешь право самостоятельно принимать решения. Так, пожалуйста, уважай мои. У нас с Натали чудесные отношения, но она не собирается ничего у тебя отнимать.

Да она уже отняла! Элоиза знала, что потеряла часть отца. Теперь все будет по-другому. Она больше не единственная женщина в его жизни. Ей хотелось заползти обратно в утробу матери.

И тогда, видя все это в ее глазах, Хьюз произнес очень отчетливо:

— Ты меня не потеряешь. Это невозможно, и никто никогда тебя не заменит. Нам всем хватит тут места.

Он говорил это, глядя на нее с огромной любовью.

— Нет! — закричала Элоиза, и на глаза ее навернулись слезы. Это было самым страшным потрясением в жизни — ухода матери она просто не помнила. — Я возвращаюсь во Францию, — добавила она, заметавшись по комнате.

Хьюз старался оставаться спокойным, хотя вовсе себя так не чувствовал.