Роз Бейли - Шопинг-терапия

Весь дверной проем заполнил собой Антонио Лопес. Его черные короткие волосы были гладко прилизаны и зачесаны назад, как требовала сцена, в которой он только что снимался. На нем был двубортный, с иголочки, костюм бледно-серого цвета — нелепая весенняя мода. Я понимала, что нельзя судить о людях по внешности, но ничего не могла с собой поделать.

Я была влюблена в него.

— Хили, — произнес он со своим чудесным акцентом. Я не могла вспомнить, откуда он: из Испании, Португалии, Аргентины? Впрочем, это не имело значения. — Можно войти?

— Конечно! — пискнула я, отступив назад и едва не упав в гардероб. Когда он грациозно проскользнул в нашу крошечную гримерную, я быстро захлопнула дверцу гардероба, чтобы совсем не покалечиться. — Как дела?

— Отлично. — На миг блеснули его зубы в победной и весьма сексапильной улыбке. До чего же он был хорош! — Я видел твою игру в эпизоде с Деанной. Захотелось зайти и сказать тебе, что это было великолепно. — Он прижал руку к груди. — Я был по-настоящему растроган.

— Я тоже, — ответила я, не придумав ничего лучше. Да и какое это имело значение! Господи, да я просто идиотка! — Я хотела сказать: Et tu? Как у Шекспира. — В этом замечании смысла было еще меньше.

Да ну же, дурочка! Возьми себя в руки!

— Спасибо, — сказала я. — Я даже не знала, что ты смотришь. Услышать такое от тебя — это дорогого стоит. Спасибо.

— Пожалуйста.

В это мгновение я заметила, что на столе валяется раскрытая упаковка с тампонами, и буквально прыгнула, чтобы убрать их, пока он не увидел. Конечно, ему это не в диковину, но мне все-таки не хотелось, чтобы он обратил на них внимание.

Он раскинул руки, как будто ловил меня, чтобы я не упала, и мы оба рассмеялись.

— Извини, — откровенно сказала я. — Я не привыкла, чтобы в моей гримерке появлялись звезды вроде тебя.

— Звезды? Здесь нет звезд. — Он протянул руку и поправил прядь волос у меня над ухом.

— Ну, Деанна… — сказала я.

— Ладно, пусть будет одна звезда. А мы все просто актеры. — Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего. — Я только хотел сказать, что восхищаюсь твоей игрой.

Я уже собиралась снова ответить «я тоже!», но вовремя сообразила, что второй раз это покажется полной глупостью. Он явно хотел поцеловать меня, но медлил, а его глаза слегка затуманились. Я не выдержала. Я подвинулась еще ближе, обняла его и поцеловала сама.

Он простонал в ответ, раскрывая губы. Поцелуи Антонио — это что-то сказочное, как я запомнила еще с нашей совместной сцены в предыдущей серии. Его поцелуи уносили меня в иной мир, в иное время.

Я так увлеклась, что едва заметила, как раздавила задом упаковку с тампонами на туалетном столике.

Он оторвался от моих губ и крепче обнял меня.

— Мы должны обязательно встретиться, — сказал он. — Как насчет выходных? Разумеется, не в студии.

— Ой, я должна ехать в Гемптон, — выпалила я, не успев осознать, что говорю. — Я уезжаю завтра, но мне очень хочется побыть с тобой.

— У меня там небольшая квартира, — сказал он, принимаясь целовать мои пальцы. — В восточной части Гемптона. Может, встретимся там? На главной улице есть приличный клуб.

Я закивала головой, как китайский болванчик:

— Да, да, конечно! Замечательная мысль! Мы договорились встретиться завтра вечером, и Антонио направился к двери.

— У меня еще один скучный эпизод. По-моему, придется разделаться с очередным негодяем.

— Ничего не поделаешь. — Я помахала пальчиками на прощание.

— Да, и еще. Постарайся не проговориться про наш роман. Хотя бы вначале. Не хочу, чтобы начались всякие пересуды на студии.

Я подивилась тому, что Антонио знает такие слова, как «пересуды», и только молча кивнула, а он послал мне воздушный поцелуй и выскользнул за дверь.

Я глубоко вздохнула, а потом задумалась. Неужели он сказал «наш роман»? Значит, у нас роман?

Антонио Лопес и Хейли Старретт, новая пара на телевидении. Журнал «Дайджест «мыльных опер»» обязательно напишет о нас очерк. Может, у нас возьмут совместное интервью в программе «Наши сериалы». Мы бы составили прекрасную пару!

Трясущимися руками я вытащила мобильник и принялась набирать номер Аланы.

— Даже не пробуй угадать, с кем я встречаюсь завтра вечером…

— И кому только в голову пришла нелепая идея — дать названия улицам в Бруклине? Свихнуться можно. Это небось сам мистер Бруклин придумал? Ты уверена, что адрес правильный? — спросила я у Хейли, вильнув папиной машиной в опасной близости от бампера припаркованного автомобиля и едва не врезавшись в гидрант. Марчелла жила на узкой темной улочке, довольно неряшливой, с маленьким магазинчиком, химчисткой и букмекерской конторой на углу. Возле тотализатора толпились мужчины — плохо одетые, неопрятные, седеющие мужики, окутанные клубами сигаретного дыма. Отвратительно.