Кейси Марс - Сон

На этой картинке был изображен остров: чудесная зелено-голубая вода, ряды раскидистых пальм и замечательные белые песчаные пляжи. На дальнем плане зубчатой линией тянулась горная гряда, озаренная розовыми лучами заката. Склоны были покрыты высокими деревьями и пышной листвой тропических орхидей в цвету.

Она смотрела на страницу, не в силах отвести взгляд. Внезапно рука, державшая календарь, задрожала, в глазах Дженни потемнело, картинка расплылась и покрылась туманом.

— Нет!.. — прошептала она, пытаясь остановить неизбежное и отчаянно борясь с образами, которые уже мелькали в мозгу. — Не здесь… пожалуйста…

Но в глазах продолжало темнеть, ноги подкашивались. Дженни прислонилась к стене и бессильно съехала по ней на пол. Тело сотрясала дрожь. Камбуз куда-то исчез.

Она стояла в чаще леса, окруженная пальмами и гигантскими побегами папоротника. Прохладный челеный мох мягко пружинил под ее босыми ступнями.

Она увидела знакомую поляну. Пальмовый навес поддерживали толстый центральный столб и несколько столбов по краям. На земле перед примитивным алтарем были начертаны знаки: пятиконечная звезда и странная смесь символов, представлявших собой перечеркнутые круги, геометрические фигуры и уже знакомые по прежним видениям волнистые линии. На грубо сколоченном деревянном алтаре горели свечи из китового жира; в ушах отдавалась барабанная дробь. К центральному столбу была привязана жалобно блеявшая коза.

Затем она увидела фигуры почти обнаженных танцоров Они корчились, извивались и ласкали себя. Появился огромный деревянный фаллос. Две женщины лежали на земле, выгнув спины, упершись в землю мозолистыми пятками и широко разведя согнутые колени. Худой мужчина втыкал между их бедрами огромный клин, и они терлись о него, лаская фетиш своими телами. Глаза их закатились, и только белки сверкали в мерцающем свете костра.

К ним прыжками приближался высокий темнокожий человек в набедренной повязке. У него не гнулись ни конечности, ни спина; изо рта вырывалось что-то бессвязное. Неизвестно откуда возник нож, сверкающий и смертоносный. Она не поняла, кто держал его, только услышала единственный крик боли, вырвавшийся у козы, и увидела кровь, ударившую фонтаном из перерезанного горла несчастного животного.

Казалось, ее собственное горло распухло. Она не в силах была проглотить комок. Дженни силилась проснуться и вырваться в настоящее, однако забыла, как это делается. Козья кровь текла ей под ноги, заливала землю алым ручьем, и это продолжалось до тех пор, пока все вокруг не стало красным. А затем джунгли начали меркнуть.

Картина изменилась. Теперь перед ней стояли три ужасных трупа. Лицо одного из них было ей знакомо. Мужчина, которого она тогда видела на кровати. Это был муж злобной красавицы. К ним присоединился еще один труп красивого юноши, умершего у ног этой женщины. Они приближались к ней прыжками на несгибающихся ногах — точно так же, как человек, который убил козу. Их рты были заткнуты ватой, челюсти подвязаны. Хотя глаза трупов были закрыты, казалось, они все видели и обвиняли.

Она хотела бежать, тщетно заставляя двигаться свои похолодевшие ноги, но была так же беспомощна, как жертвенная коза. Трупы наклонились и злобно уставились на нее. Один из них схватил ее за шею и стал душить. Она силилась оторвать от себя его пальцы, силилась втянуть воздух в горящие легкие…

— Дженни! — Тревожный оклик Бреннена, ворвавшегося на камбуз и опустившегося рядом с ней на колени, перекрыл пронзительный свист чайника. Джек бешено тряс ее за плечи. Сердце у него стучало так, словно хотело вырваться из груди. — Дженни! Ради Бога, что случилось? — Казалось, женщина потеряла сознание, но глаза ее были открыты. Она привалилась к стене, содрогаясь всем телом и уставившись на календарь, зажатый в руке с побелевшими пальцами.

— Боже милосердный, что происходит? — Чарли прибежал на камбуз и тоже опустился на колени рядом с Дженни. Женщина задыхалась, мышцы на шее вздулись, но было ясно, что она не поперхнулась.

Джек разжал ее пальцы, вцепившиеся в календарь, и принялся отогревать ледяные руки Дженни в своих теплых ладонях. У него тоже сдавило горло, в груди все клокотало от страха.

— О Господи, Чарли, что с ней?

Дентон не ответил ему.

— Дженни… Это Чарли… Вы слышите меня?

С ее губ сорвался тихий стон. Голова откинулась, веки затрепетали. Дженни продолжала хватать ртом воздух, однако было видно, что кислород в легкие не поступает.