Кресли Коул - Профессионал

Он вышел из машины и широкими шагами направился к самолёту. Пилот — высокий мускулистый блондин в форме — встретил его на нижней ступеньке и принялся что-то быстро говорить, яростно жестикулируя.

Я услышала голос русского, но сквозь шум двигателей слов разобрать не могла.

Чисто по привычке я рассматривала мужчину, отмечая, что его поношенный ремень затянут туже обычного. А туфли — тщательно отполированы. Последствия недавней болезни? Длительное бездействие? Потом я увидела его руки и такие же татуировки, которые покрывали пальцы Севастьяна.

Я больше не могла отметать свои подозрения. Я очень долго изучала свою родину, чтобы достаточно узнать о Русской Мафии — и их пристрастию к таким татуировкам.

В самом деле, какова вероятность того, что русский миллиардер не будет хоть как-то связан с организованной преступностью? Уже не говоря о том, что Севастьян меня похитил, чтобы тайно вывезти — без паспорта — из страны?

Значит, я экономила, вкалывала и искала только ради того, чтобы оказаться связанной с бандитами?

Пилот по-прежнему говорил и жестикулировал. Мои мысли по-прежнему неслись галопом.

Потом Севастьян молча сделал один угрожающий шаг вперёд и пилот отступил, подняв руки.

Единственный шаг внушил страх этому большому пилоту. Может, Севастьян бы справился и с теми тремя футболистами. Потому что был опасен.

И хотел затянуть меня в свой мир.

Следуй логической цепочке, Нэт. Если Ковалёв входит в мафию, значит, из этого ночного путешествия на родину ничего хорошего не выйдет.

Думала ли я, что нахожусь в опасности? Может быть. Могла ли доверить Севастьяну свою защиту? Не более чем могла доверить её себе.

В этот момент я решила отклонить эту «новую жизнь», которую мне предлагал какой-то незнакомец на другой стороне земного шара. Если Ковалёв хотел со мной поговорить, то мог бы снять трубку!

А Севастьян? Я по-прежнему чувствовала к нему ошеломляющую тягу и какую-то странную связь. Но заставила себя не обращать на это внимания.

Пока он был занят, я приоткрыла дверь и выскользнула наружу. Потуже затянув халат, я прокралась в направлении кукурузного поля. Естественно, в ту единственную ночь, когда мне нужно было сбежать от бандитов, в небе ярко светила полная луна. По крайней мере, поле обеспечит защиту. В это время года перед сбором урожая кукурузные стебли были высокими и густыми, с большими широкими листьями.

Почти добралась. Изо рта шёл пар. Почти…

— Натали, — закричал Севастьян, — не убегай!

Я перешла на бег, устремляясь в заросли.

Кукурузные стебли хлестали меня по лицу, путаясь в моих волосах. Босые ступни вдавливались во влажную землю.

Смогла ли я получить фору? Он уже преследует меня?

— Прекрати, Натали!

Я вскрикнула. Боже, он очень быстрый. Если раньше я только чувствовала себя добычей, то сейчас я действительно в неё превратилась. Этот человек гнался за мной, намереваясь поймать! Я углублялась всё дальше в заросли, набирая скорость…

Секундой раньше я мчалась на полной скорости, секундой позже — взлетела в воздух. Он набросился на меня, схватив за талию. В последний момент он перевернулся в воздухе, приняв удар на себя, ломая стебли.

— Чёрт возьми, пусти! — я пыталась с ним бороться. Всё равно что вырываться из стальных тисков.

Не успела я и глазом моргнуть, как он перевернул меня на спину, уложив на подстилку из листьев.

— Отвали! — я колотила по его груди кулаками.

Огромный и яростный, он втиснулся у меня между бёдер, прижав оба моих запястья одной рукой.

— Никогда больше не убегай от меня. — Падающий сверху лунный свет подсвечивал его жёсткие черты. Он, казалось, укротил свою ярость, взяв эмоции под жёсткий контроль.

— Пусти!

Сквозь знакомый запах влажной земли, кукурузы и прохладной ночи я различала и его запах: агрессии и грубой мужественности. Рубашка на нём распахнулась, и на его теле я заметила краешек очередной татуировки.

— Севастьян, отпусти меня. Пожалуйста.

После этих слов хватка на моих запястьях самую малость ослабла.

- Я не хочу причинять тебе боль, — сказал он мёртвым голосом. — Только защищать. Под этой непроницаемой маской явно творилось многое, но я ничего не могла прочесть.

Выступающие скулы в лунном свете подчёркивали его изящные щёки. Доходящие до плеч волосы сверкали, слово вороново крыло. Развивающиеся на ветру пряди почти гипнотизировали.