Стейси Борел - Бендер (ЛП)

— Ты и есть желанная, Киган. Больше, чем, я знаю, ты думаешь. И прости, что я так сказал маме. Я не знал, согласишься ли ты, и не хотел принуждать тебя к чему-либо. Если ты хочешь, чтобы мы с тобой определились, кто мы друг для друга, мы можем это сделать.

Я смущённо покачала головой:

— Нет, я не хочу заставлять тебя делать что-то, чего ты, возможно, не хочешь.

Он нахмурил брови:

— О чём ты, чёрт возьми, говоришь? Я сейчас с тобой?

— Да.

— Тогда почему ты говоришь, что заставляешь меня? Никто не может заставить меня делать что-либо против моей воли. И ты должна бы знать об этом больше, чем кто-либо другой.

Вздохнув, я опустила глаза:

— Ты прав, прости. Я не хотела начинать ссору.

— А мы ссоримся? Уверен, если бы мы ссорились, мы бы чертовски точно об этом знали. — Он пальцем приподнял моё лицо за подбородок. — Но, если мы это делаем, я готов компенсировать ссору сексом. Это моё любимое занятие.

Теперь я развеселилась:

— Я думала, твоё любимое занятие – секс в тренажёрном зале.

— И это тоже.

— Хммм…

Он прижал свои губы к моим и поцеловал меня нежным, как пёрышко, поцелуем. Мягкое прикосновение его губ пробудило бабочек в моём животе, я как будто плыла, задаваясь вопросом, насколько глубоки стали мои чувства к Камдену. И то, что начиналось, как медленная ласка наших ртов, стало перерастать в нечто большее. Я потянулась к нему, прижавшись всем телом к его груди и животу. Его язык скользил по моим сомкнутым губам, желая получить ко мне полный доступ. Я чувствовала его возбуждение своим животом, и позволила себе забыть, где я, и что внизу есть люди. Каждый раз, когда Камден вот так целовал меня, я терялась. Он поглощал меня.

— Индейка готова! — закричала Сара снизу лестницы. Мой ласковый задумчивый мужчина ещё раз нежно прижался ко мне губами и улыбнулся. Я надулась из-за того, что пришлось прерваться. Его взгляд изменился. В нём появилось больше любви и открытости. Я поняла, что все мои стены рушатся, и моё сердце неистово забилось. Я влюбилась в Камдена Брукса, и слово на «л» пыталось проникнуть в мой словарный запас. Он делал меня очень счастливой, счастливее, чем, я думаю, была когда-либо вообще. Мне нужно было остановить свое падение. Не было шансов, несмотря на то, как он смотрит на меня сейчас, что он будет испытывать те же чувства, что и я. Камден не захочет любви, и менее всего со мной. Мне надо быть осторожнее с выражением чувств рядом с ним, чтобы случайно не ляпнуть чего-нибудь такого, что вынудит его уйти. Слово на «л» разрушило бы все.

— Давай, пойдём, поедим. Клянусь, я бы сейчас проглотил целую корову, — произнёс он, прерывая мои мысли.

— Ты имел в виду индейку, — поправила его я.

Он засмеялся:

— Ты никогда не видела стол на День благодарения от моей мамы. Это точно корова. Пойдём, я покажу тебе.

Он потянул меня за руку, и мы пошли вниз, чтобы присоединиться за столом к его семье.

— О, мой бог, кому-то нужно взять тачку, чтобы отвезти меня на поле! — воскликнул Пол, поглаживая набитый живот. — Индейка была бесподобна, дорогая, ты опять превзошла себя.

Донна радостно заулыбалась.

— Да, я чувствую себя фаршированной птицей. Уловили? Фаршированная… птица! — пошутил Ригли, пытаясь быть саркастичным. В его лицо прилетела салфетка, и началось ворчание. За короткий период моего пребывания в доме Камдена, я узнала, что Ригли нравилось выдавать самые дрянные шутки. То, как он преподносил их, делало его ещё забавнее. Будучи младшим в семье, он зарабатывал больше всего критики в свой адрес, но ему всё всегда сходило с рук. У Тёрнера, самого старшего, была своя практика. Он поступил в колледж при ЛГУ на бейсбольную стипендию, затем был приглашён в команду высшей лиги. Тем не менее, он решил вернуться домой и работать на докторскую степень. Родители им очень гордились, несмотря на лелеемую ими идею о приёме одного из сыновей в высшую бейсбольную лигу. Я думаю, они надеялись на Ригли. Скауты положили на него глаз, и сейчас шёл его последний год в школе.

Камден был серьёзным, тем, кто взял на себя роль семейного покровителя. Во время обеда я слышала, как он расспрашивал братьев об их жизни, давая знать, что он будет рядом, если понадобится. Мой всегда беспокоящийся мужчина. Личность Доджера была умиротворённой. Он был самым беспечным и лояльным из всех братьев, но по вечеринке на Хэллоуин я знала, что он не слабак и не позволит никакому дерьму произойти. Он был как тихий шторм, способный в любую минуту подняться со дна моря. Я сразу поняла, что такой парень как Додж очень подходит Мейси. Он мог отпустить её в любой момент, если бы она пожелала, но зацепил именно тогда, когда она хотела быть пойманной кем-нибудь.