Даниэла Стил - Крылья

Они еще раз попрощались.

— Зачем нам еще один сорвиголова? — раздраженно спросил Ник.

— А ты что, до конца жизни собираешься летать ночами? — Пэта, казалось, все это забавляло. — Не волнуйся. По-моему, он не в ее вкусе. — Пэт расплылся в улыбке. А Ник покраснел — наверное, впервые в жизни — и отвернулся. — Должен, однако, заметить тебе. Ник Гэлвин, что она помолвлена с Бобби и в конце концов они поженятся. Таково мое слово. Ей нужен человек, крепко стоящий на земле, а не болтающийся в небе, вроде нас с тобой.

Пэт О'Мэлли действительно так считал'. Однако то, что он случайно увидел сегодня в глазах Ника, его не на шутку заинтриговало. Он почувствовал, что между Ником и дочерью что-то происходит. Что-то необычайно сильное. Кэсси, наверное, еще слишком молода для того, чтобы это осознать. В то же время Пэт полагался на Ника. Он достаточно разумный человек и не позволит собственным эмоциям увлечь себя слишком далеко.

Все поехали в дом О'Мэлли, где Уна ждала их с обедом.

Она поразилась, услышав об успехах Кэсси. Этот день мог бы стать счастливым, если бы не гибель Джима Брэдшоу. В середине обеда появился Бобби. Он ворвался прямо в комнату.

Извинился, увидев, что семья еще не встала из-за стола. Глаза его остановились на Кэсси. Казалось, что он сейчас разрыдается. Бобби выглядел таким расстроенным и потрясенным, что Уна инстинктивно встала из-за стола и сделала движение к нему. Бобби с извиняющимся видом отступил назад и остановился у двери.

— Я.., простите меня.., мне сказали, что там произошла катастрофа. — Глаза его снова наполнились слезами.

Всем сидящим за столом стало его жаль. Они легко могли себе представить, что он чувствует. Кэсси встала из-за стола и подошла к жениху:

— Прости, Бобби. Это Джим Брэдшоу.

— О Господи… Несчастная Пэгги!

Девятнадцатилетняя Пэтги осталась вдовой с двумя маленькими детьми на руках. Бобби переполняло сочувствие к ней. Но конечно, больше всего его потрясла мысль о том, что это могла быть Кэсси. К кому он ни обращался, никто не знал, что именно произошло на воздушном празднике.

Они вышли на крыльцо. Кэсси закрыла за собой дверь.

Сидящие в комнате не могли слышать, о чем они разговаривают. Видели только расстроенное лицо Бобби. Кэсси сидела молча и лишь, кивала в ответ на все, его слова.

Бобби говорил, что больше так жить не может. Считается, что они помолвлены, но они нигде вместе не бывают. Он даже не уверен, поженятся ли они когда-нибудь, есть ли у них будущее, Он знает, что она хочет окончить колледж, но не уверен, что сможет ждать еще два года. Отец очень болен, мать все больше зависит от сына. Кэсси видела, что его все это очень угнетает, что он нуждается в ее помощи. Однако теперь для обоих стало очевидно, что Кэсси не готова пожертвовать тем, к чему стремится, и стать такой, какой хочет видеть ее Бобби.

— И еще эти твои полеты, — с мукой в голосе продолжал Бобби. — Я больше не могу так жить. Все время только и думаю о том, что с тобой может случиться. А сегодня.., ты же могла.., ты же могла… — Он не выдержал и разрыдался.

Кэсси обняла его, прижала к себе:

— Бедный Бобби.., бедненький.., ну не надо так.., все в порядке.

Она как будто успокаивала одного из своих племянников.

И одновременно Кэсси понимала, что на плечи Бобби свалилось слишком много, а она лишь увеличивает это бремя. Он отчаянно нуждается в помощи. Ему всего двадцать один год…

Совсем еще мальчик… Он заслуживает гораздо большего, чем она готова ему дать. Они оба это понимали.

Кэсси тихонько стянула с пальца кольцо и вложила в руку бывшему жениху.

— Ты заслуживаешь намного большего. Ты заслуживаешь всего и сейчас. А у меня впереди еще долгий-долгий путь. Теперь я в этом уверена. Раньше я сомневалась, но теперь знаю наверняка.

Ей нужна жизнь, свобода и самолеты. Теперь, когда отец это признал, все изменилось. Она не может дать Бобби Стронгу то, чего он заслуживает. А главное, ей совсем этого не хочется.

— Значит, ты все-таки будешь продолжать летать, Кэсс?

Он всхлипывал как ребенок. Члены семьи О'Мэлли старались не смотреть в их сторону.

— Да, — кивнула она. — Я не могу без этого. Это моя жизнь.

— Только не разбейся… О Господи, Кэсс.., только не разбейся! Я люблю тебя. Сегодня я подумал, что тебя уже нет… — Он снова рыдал в голос.

Кэсси чувствовала невыносимую жалость к нему. Она могла лишь вообразить себе, что это такое. Наверное, почти то же самое, что чувствует сейчас Пэгги Брэдшоу.