Даниэла Стил - Крылья

Он знал об этом по собственному опыту. Он много чего знал, и сейчас ему захотелось поделиться этим с Кэсси. Новые, внезапно возникшие между ними отношения одновременно и увлекали, и пугали его. Он не представлял себе, к чему это может в конце концов привести.

— Ну что в этом такого? — Она все еще раздумывала над его вопросом по поводу Бобби. И никак не могла понять, что он хочет сказать. Ну что плохого в том, что она хочет и может летать?

— Думаю, все дело в том, что такие желания не похожи на желания других. Люди созданы для того, чтобы ходить по земле. А если тебе все время хочется летать, как птица, им кажется, что у тебя должны быть крылья или что ты просто странная.., не совсем нормальная Что я могу тебе сказать?..

Он вытянул свои длинные ноги. Улыбнулся ей. Как интересно с ней разговаривать! Она такая умница, такая молодая, такая.., живая. Так увлечена жизнью, открывающейся перед ней. Ник даже позавидовал ей в этом У нее впереди еще столько открытий, столько свершений… У него же, несмотря на то что ему всего тридцать пять, многое уже за плечами.

— Ну и глупо! — резко произнесла она. — Это же всего-навсего самолеты. А мы обыкновенные люди.

— Вовсе нет. Для них мы супергерои, потому что делаем то, чего они не могут, а многие так и просто боятся. Мы для них вроде укротителей диких зверей или плясунов на канате.

Это все так загадочно и увлекательно.., правда?

На минуту она задумалась. Кивнула. Протянула ему бутылку с кока-колой. Он сделал большой глоток. Закурил сигарету, но ей не предложил. До этого она еще не доросла, хоть и учится летать.

Кэсси задумчиво наблюдала за ним.

— Наверное, это увлекательно и загадочно. Может быть, поэтому мне так нравится летать. Но главное.., это так здорово! Я чувствую себя такой свободной.., такой вольной.., живой… Такой… — Она не могла подобрать подходящего слова.

Ник улыбнулся. Он-то прекрасно понимал, что она хочет сказать. Он сам чувствовал в точности то же самое. Каждый раз когда его самолет отрывался от земли, он испытывал острое ощущение свободы. На фоне этого волшебного ощущения все остальное казалось будничным и неинтересным. Это повлияло на всю его жизнь — на то, что он делал, с кем встречался и чем ему хотелось заниматься.

Это повлияло на его отношения с другими людьми. Рано или поздно с Кэсс произойдет то же самое. Ник чувствовал, что должен как-то предостеречь ее, но не знал, что сказать.

Слишком она молода и полна надежд. Предостерегать ее — почти преступление.

— Вся твоя жизнь может измениться из-за этого, Кэсс.

Подумай хорошенько. — Вот единственное, что он сумел выговорить.

Кэсси кивнула. Ей показалось, что она его поняла.

— Да, я знаю. — Она подняла на него глаза, в которых было столько недетской мудрости, что его это даже испугало. — Но я именно этого и хочу. Поэтому я здесь. Я не могу жить только на земле.., как другие. — Она пыталась объяснить ему, что принадлежит к его кругу.

Но Ник и сам знал, что это правда. Поэтому он и согласился учить ее.

Они еще долго разговаривали. Нику не хотелось отпускать Кэсси одну, чтобы она опять шла две мили пешком до автобусной остановки. Но другого выхода не было. Некоторое время он смотрел ей вслед, потом сел в самолет и поднялся вверх.

Сделал круг, специально для нее, желая показать ей, что он улетает. Она долго смотрела вверх, все еще не в состоянии поверить тому, что произошло. За несколько часов он изменил всю ее жизнь. Они оба это сознавали. От обоих это потребовало немало мужества, однако ни один из них не смог перед этим устоять. Правда, каждый по своим причинам.

Долгий путь до автобуса под палящим солнцем Кэсси прошла, словно танцуя. Вспоминала о том, что проделывала в небе и что при этом ощущала. Вспоминала свое ощущение самолета и выражение глаз Ника. Он восхищался ею, он испытывал гордость за нее! Никогда в жизни она не чувствовала себя так хорошо.

Она села в автобус, улыбаясь водителю, и едва не забыла заплатить свои пятнадцать центов. Автобус прибыл на место довольно поздно, поэтому она не стала заезжать в аэропорт.

Вместо этого пошла домой, чтобы помочь матери. Теперь даже домашняя работа не казалась ей такой ужасной. Душа ее насытилась ощущением полета, а за это никакая цена не кажется слишком высокой.

За обедом в этот вечер она вела себя непривычно тихо, однако никто, похоже, ничего не заметил. Все говорили о своем: Крис увлеченно рассказывал о работе в газете, отец — о новом контракте с правительством на перевозку почты. У Колин накануне ночью родился ребенок, и мать спешила сообщить подробности. Лишь Кэсси молчала — своей новостью она не могла поделиться ни с кем из них.