Даниэла Стил - Вторая попытка

— Вполне разумно. Будем надеяться, что тебе понравится.

Вернувшись домой, Фиона стала звонить Эдриену, а Джон поднялся наверх, чтобы связаться с дочерьми.

Эдриен, естественно, пришел в полный восторг, услышав такую сногсшибательную новость. А обе девчонки в очередной раз нагрубили отцу. Джон понимал, что они надеялись удержать его от этого шага своими выходками, и очень расстроились, узнав, что их усилия оказались напрасными. Но теперь они уже точно ничего не могли с этим поделать. Он все-таки женился на Фионе! Оставалось только надеяться, что постепенно дочери примирятся с их союзом. Если же нет, это уже ничего не изменит.

Фиона не стала задавать Джону никаких вопросов. Она и так видела по лицу Джона, какова была реакция его детей.

На следующий день Эдриен спросил ее, собирается ли она в Париж на январскую Неделю высокой моды.

— Разумеется, — ответила Фиона. — Я же не ушла с работы. Я всего лишь вышла замуж.

Ей понадобилось сорок два года, чтобы понять, что игра стоит свеч!

У них почти не оставалось времени отпраздновать это событие. Фиона сказала, что медовый месяц был у них еще до свадьбы, на Карибах. Через десять дней она улетела в Париж на показ коллекций весна/лето. А сразу по возвращении ее ожидала Неделя прет-а-порте. Фиона работала без отдыха, и первый месяц после бракосочетания они с Джоном не очень-то подолгу находились в обществе друг друга. Они так и не выкроили время устроить свадебную вечеринку.

Когда приехали на очередные праздники его дочери, Джон твердо заявил, что они могут пожить у них с Фионой или он с Фионой поселится на это время в своей квартире, но он не станет больше бросать ее и переезжать один.

И, к ужасу Фионы, несносные девчонки нехотя согласились с тем, чтобы Джон приехал домой вместе с ней. Джон уговорил ее провести в его доме хотя бы один уик-энд. Фиона понимала, как важно это для него. Что ж, ей предстояло принести одну из тех жертв, о которых предупреждал Эдриен. Фиона скрепя сердце согласилась.

Все было ужасно, как она и предполагала. Девушки почти не разговаривали с ней, а если все-таки разговаривали, то отпускали всевозможные колкости или откровенно дерзили. Что ж, по крайней мере они согласились терпеть присутствие Фионы в доме, и это было уже кое-что. Миссис Вестерман чуть не отравила ее, подав такой острый карри, что у Фионы долго болел потом желудок. К тому же, к ужасу и изумлению Джона, экономка «случайно» выпустила из кухни Фифи, которая немедленно кинулась к левой ноге Фионы. На этот раз дело обошлось одним швом.

Эдриен с ужасом смотрел на перебинтованную ногу Фионы.

— Как? Опять? Они что там все — с ума посходили? Когда они уймут своего вампира?

— Я думала, Джон убьет экономку. Он так орал, что даже я испугалась. Обе девицы плакали, а экономка пригрозила уволиться. К следующему визиту милых дочек домой мне надо основательно подготовиться. А вообще-то, Эдриен, мне совсем не до смеха!

— Надеюсь, девицы сами не захотят приезжать домой. Джон уволил эту чертову экономку?

— Не смог. Девочки очень любят ее.

— Фиона, она пытается извести тебя!

— Ну да! Смерть от карри. У меня до сих пор изжога от ее стряпни. Слава богу, собака слишком мелкая, чтобы допрыгнуть до моего горла. Иначе она бы непременно это сделала. Но мне придется терпеть, Эдриен. Я так люблю его!

— Ты любишь Джона Андерсона, но ты не обязана любить собаку, экономку и его несносных дочек.

— Да, их мне вряд ли удастся полюбить, — честно признала Фиона.

Джон был удручен поведением дочерей и экономки. К тому же у него возникли трудности на работе, и неделя выдалась очень тяжелой. Фиона тоже работала не покладая рук. В журнале все стояли на ушах. Увольнялись люди, изменился формат, возникли проблемы с новой рекламной кампанией, и надо было срочно менять всю концепцию. Эта была их с Джоном общая проблема. К тому же один из фотографов подал на журнал в суд, а известная супермодель устроила себе передозировку прямо на съемочной площадке, и се едва удалось откачать. Это привлекло к «Шику» нежелательное внимание прессы. Фиона приходила домой не раньше десяти. К тому же ей пришлось довольно часто отправляться в командировки. Три раза за месяц она летала в Париж, потом застряла на две недели в Берлине. Оттуда пришлось лететь в Рим на важную встречу с Валентино. Джон жаловался, что совсем не видит жену, и был абсолютно прав.

— Я все понимаю, дорогой, — оправдывалась Фиона. — Ну, прости меня. Я не знаю, почему это все на меня свалилось разом. Никак не могу все наладить. Только решу одну проблему, как появляется другая.