Сергей Лукьяненко - Спектр

За исключением последнего пункта все совпадало с тем жетоном, что остался на Земле, в письменном столе Мартина.

“Лендровер” мчался по степи, будто по ровной дороге, лишь однажды дернулся – “колесо в нору попало” – объяснил Габриэль. Мартин не видел в степи никаких зверьков, но логично было предположить, что в развитой экосистеме существуют какие-то местные суслики.

– Девочка она хорошая, – говорил Габриэль. – Только очень уж нетерпеливая. Пришла к нам с интересной идеей... вам интересно?

– Да, конечно, – крутя в руках жетон Ирины, ответил Мартин.

– Так вот, Ира считает, что расположение Станций и древних городов взаимно коррелированно. Мысль не новая, еще Беккер искал эти закономерности, но ему не хватило данных. У Иры появилась любопытная идея – расстояние от руин до Станции должно зависеть от диаметра планеты. Мы посчитали – зависимость есть, хотя и далеко не бесспорная. Тут нужно много и долго работать. Возможно, ввести еще один фактор – площадь материка, на котором расположена Станция. Возможно – учесть количество Станций на планете, их взаимное расположение... Стоит поискать руины на других планетах, да хотя бы и на Земле! Если бы удалось отрыть несколько новых городов... ну, вы понимаете. В общем – интересная тема, мы замечательно с Ирочкой пообщались, и у нас ей вроде бы понравилось...

Габриэль пожал плечами.

– А она взяла и ушла? – уточнил Мартин.

– Да. Сказала, что у нее нет желания провести юность за расчетами и раскопками. Мол, рада, что подсказала нам хорошую идею... А мне кажется, что на самом деле Ирочку расстроила ошибка с алтарем... или, как она решила – с маяком.

– Каким маяком?

– Ну... – Габриэль пожал плечами. – В центральном храме обычно находят пустоты. Считается, что там стоял алтарь – деревянный, или из другого непрочного материала. Так вот, у Иры была гипотеза, что на самом деле в этом месте закладывался высокотехнологический агрегат, своего рода звездный маяк, ориентируясь на который, ключники высаживались на планету.

– Но ведь никаких артефактов не нашли?

– Тут у Ирины есть две гипотезы, – ответил Габриэль. – Первая – что, выполнив свою функцию, маяк бесследно разрушается. Вторая – что его тайно изымают ключники. Поскольку какая-то связь между расположением руин и Станциями на самом деле есть, то версию можно и принять, несмотря на всю ее фантастичность. Но она была уверена, что излучение маяка оставит следы – наведенную радиацию, изменения структуры грунта, кое-что еще... Мы проверили эти руины, но никаких отличий не нашли.

– Это вовсе не значит, что Ира не права, – заметил Мартин. – Мало ли на какой технической основе мог быть построен маяк!

– Конечно, – легко согласился Габриэль. – Но девочка расстроилась. Сказала, что нужны неопровержимые доказательства, а раз мы не можем их предоставить, то и смысла в раскопках нет...

– Какие доказательства? Кому нужны?

Габриэль пожал плечами:

– Это вы у Ирины спросите. Она все время недоговаривает, понимаете?

Джип спустился к реке по наезженному проселку, Габриэль въехал на огороженную колючкой открытую стоянку, припарковался рядом с огромным грузовиком. Охранник в будочке скучающе поглядывал на них.

– Обратно отправляюсь завтра утром, – сообщил Габриэль. – Если вдруг захотите присоединиться к нам...

Он улыбнулся – хорошей улыбкой увлеченного человека, который вовсе не требует от окружающих разделять его страсть.

То, чем пришлось сейчас заниматься Мартину, было нелепо и бессмысленно. Он искал мертвого среди живых.

Но в кармане его лежал жетон Ирины Полушкиной и люди, вроде бы достойные доверия, утверждали, что она жива. К тому же, в практике работы Мартина встречалось всякое. Бывали люди, которые инсценировали собственную смерть. Случалось и наоборот, когда человек был давно мертв, но родные не хотели в это верить и требовали продолжать поиски – находя нелепые, но при этом убедительные доводы. Так что Мартин бродил по улицам Нью-Хоупа, заглядывал в бары и ресторанчики, наткнувшись на телефонную будку – восхитился прогрессом и позвонил в “Дилижанс” и “Мустанг”. Ирина там не появлялась.

К закату, когда вдоль главной улицы загорелись симпатичные, “под старину” фонари, Мартин добрел до “Предпоследнего приюта”. В горле к тому моменту изрядно пересохло, хотелось пива – пусть даже местного, хотелось сочной вырезки, немножко прожаренной на решетке, хотелось сесть на крепкий деревянный стул и вытянуть натруженные ноги.