Дэвид Вебер - В руках врага

Ну что ж, мысленно сказала себе Джессика Дорсет, у дамы Мадлен есть веское оправдание и для всего этого кавардака, и для взвинченного состояния. Командующая силами станции «Клермон», вице-адмирал Сорбан была вынуждена выделить половину своих тяжелых кораблей на формирование Восьмого флота, однако хотя огневая мощь станции существенно уменьшилась, никто и не подумал о соответствующем уменьшении зоны ее ответственности. Этого в сочетании с организационной суетой, вызванной подготовкой передислокации флота Белой Гавани к системе Барнетта, и суматошным движением на местных и транзитных транспортных линиях вполне хватило бы, чтобы вывести из себя и святого. А поскольку дама Мадлен явно не претендовала на канонизацию, не приходилось удивляться тому, что настойчивая просьба Дорсет о немедленной личной встрече вконец выбила ее из колеи

– Прошу прощения, что мне пришлось нарушить ваш график, мэм, – сказала коммандер, проигнорировав жест, предлагавший сесть, и осталась стоять по стойке «вольно». Сорбан в удивлении подняла брови, и Джессика торопливо продолжила: – В силу особых обстоятельств я сочла необходимым явиться с докладом лично к вам.

– Особые обстоятельства? Что за доклад? – спросила Сорбан с меньшим раздражением в тоне.

Дама Мадлен имела репутацию особы вспыльчивой и несдержанной на язык, однако прежде всего ее знали как в высшей степени компетентного флотоводца. Коммандер Дорсет помедлила, набрала воздуху и выпалила:

– Адмирал, мы потеряли Адлер.

Спинка кресла Сорбан неожиданно приняла вертикальное положение, а сама дама Мадлен резко подалась вперед. Ее скуластое лицо лишилось всякого выражения, словно гостья наложила на нее магическое заклятие.

– Как? – хрипло выдохнула она

– Подробности мне неизвестны, – ответила коммандер, покачав головой. – «Песня Ветра» находилась слишком далеко, чтобы вести настоящую тактическую разведку, но основные факты совершенно очевидны. У нас были прорехи в сенсорной сети, мэм, а спланировавшему атаку командиру хевенитов, кто бы он ни был, хватило мужества и смекалки этим воспользоваться.

Дорсет не хотелось этого говорить, но деваться было некуда. В голосе ее звучали ярость и стыд.

– Объясните! – приказала Мадлен уже спокойным, уравновешенным тоном, и Дорсет невольно задумалась: это спокойствие наигранное, либо же реальная угроза заставила адмирала выбросить из головы все постороннее?

– У коммодора Иржин не хватало сенсорных платформ для полного прикрытия системы, она расположила их на наиболее вероятных направлениях подхода противника. Все свои корабли, кроме моего дивизиона эсминцев, охранявшего астероид с рудными копями, она поместила на орбите Самовара, не выслав никаких пикетов.

Сорбан, несмотря на железную выдержку, поежилась, а Дорсет мрачно продолжила:

– Хевениты прошли над эклиптикой, что позволило им обойти платформы коммодора и не попасть в зону досягаемости сенсоров моего корабля. К тому же их корабли двигались по баллистической траектории.

– Корабли хевенитов ? По баллистической? – переспросила Сорбан.

Дорсет кивнула.

– Или так, мэм, или они разработали технологию маскировки куда более совершенную, нежели предполагали наши разведчики. Даже при избранном маршруте они проходили в достаточной близости по крайней мере от одной из наших сенсорных платформ, и она просто не могла не засечь активность импеллеров.

– Они были обнаружены, лишь когда ворвались в систему и открыли огонь? – уточнила Сорбан, которая, похоже, никак не могла поверить услышанному.

– Так точно, мэм. Но это не самое худшее.

Бросив на нее пристальный взгляд, Сорбан сделала жест, означающий: «Выкладывай, что уж там», и Дорсет тихо добавила:

– Они использовали ракетные подвески.

– Дерьмо! – шепотом выругалась Сорбан, и бранное слово в ее устах прозвучало почти как молитва. Несколько мгновений адмирал сидела молча, с закрытыми глазами, после чего спросила: – Какими силами располагают в той системе хевениты?

– Точно утверждать не возьмусь, мэм. Я уже говорила, что мы находились слишком далеко для качественного сканирования, но, по моим приблизительным оценкам, это четыре линейных, от шести до восьми тяжелых крейсеров и с полдюжины легких. Ни мне, ни моему тактику не удалось выявить ни одного эсминца, но ручаться за их полное отсутствие я бы не стала.

Сорбан поморщилась снова: мало им потери системы, так еще и хевениты обзавелись подвесками. Это наводило на невеселые раздумья.