Андрэ Нортон - Патруль не сдается!

– Нет, оно принадлежит мертвым людям, если их вообще можно назвать людьми, – задумчиво проговорил он. – Мы взяли его в гробнице звездного народа, который владел этой планетой еще задолго до нашего прилета сюда. Когда Земля была лишь охотничьей территорией для диких племен, носивших звериные шкуры и убивавших мамонтов с помощью копий с каменными наконечниками. Это оружие из гробницы и, значит, проклято. Пусть только на нас падет это проклятие, мы никому не хотим зла.

Странный огонек блеснул в глазах Менлика. Тревис представления не имел, кем был этот человек до того, как красные отправили его в эту экспедицию на Топаз, превратив в шамана монгольской орды. Он вполне мог быть техником или ученым, и теперь остатки прежних знаний, вероятно, смешались в его сознании с древними суевериями. Но Тревис понимал, что если только остатки современных знаний пустили корни в душе Менлика, то все его табу и россказни лопнут как мыльный пузырь.

Но в то же время апач действительно говорил абсолютную правду. На этом оружии и впрямь лежало проклятие мертвых, как лежало оно и на всех знаниях, записанных на кассетах, на всех вещах, хранившихся в складах древнего города. И как уже заметил Менлик, проклятие это было настоящей силой, силой, способной управлять Топазом, а потом проложить им всем путь назад, до Земли.

Когда шаман снова заговорил, голос его понизился до хриплого шепота.

– Согласен, это слишком сильное проклятие. Оно не позволит людям владеть таким оружием.

– Если мы уничтожим красных или сделаем их бессильными, – поинтересовался Осторожный Олень, – кому еще может понадобиться такое мощное оружие?

– А если другой корабль спустится с небес и все начнется сначала? – спросил Менлик и выжидающе уставился на апача своими темными раскосыми глазами.

– Ну, если уж это произойдет, – убежденно вставил Тревис, – мы найдем ответы на подобные вопросы.

И это тоже было правдой. Там, на складе в древнем городе, могло найтись и другое, куда более мощное оружие, способное уничтожить корабль прямо в воздухе. Но думать об этом сейчас было слишком рано.

– Оружие со складов. Это и в самом деле колдовство мертвого народа, – задумчиво согласился Менлик. – Я так и скажу своим людям. Когда мы выступаем?

– Только когда точно узнаем, что ловушка сработала, и экспедиция красных уничтожена, – ответил Осторожный Олень.

На этом разговор и закончился. Шаман направился к своему народу, чтобы передать слова апачей. Тревис видел, как монголы готовятся к бою. Кто-то принялся чистить оружие, кто-то проверял походное снаряжение. В этих обыденных заботах прошел день. Апачи с нетерпением ждали сообщения с гор, но оно пришло только на утро следующего дня, когда Цуай, Нолан и Деклай вошли в лагерь. Военный вождь поприветствовал всех коротким жестом и улыбнулся напряженно ожидавшему Тревису.

– Все прошло успешно? – не вытерпел Тревис, желая поскорее услышать то, что было написано на лицах его соплеменников.

– Да, как мы и предполагали. Пинда-лик-о-йи вошли в корабль, едва только увидели его. Их нетерпение сослужило им злую службу, они взорвались вместе со звездолетом. Манулито отлично проделал свою работу.

– А Кайдесса?

– С женщиной все в порядке. Когда красные увидели звездолет, они оставили свою машину неподалеку на склоне холма, чтобы скво не могла убежать. Вывести из строя механизм оказалось не так уж и трудно. Теперь она свободна и вместе с мба'а направляется через горы прямо сюда. Манулито и Эскелта тоже сопровождают ее. Теперь... – тут он бросил испытующий взгляд в сторону монголов, – а почему они вместе с вами здесь?

– Мы ждали сообщения, – вставил Джил-Ли, – но теперь ожиданию пришел конец. Мы идем на север!

Они залегли на самом краю огромной низины, противоположная сторона которой скрывалась где-то за горизонтом. "Ложе древнего озера, – размышлял Тревис, глядя на весь этот простор, – или даже давным-давно высохшего моря". И может быть, в далекие времена на этом самом месте плескались соленые волны, с ревом налетая на каменистый берег и разбиваясь на миллиарды свежих брызг. Теперь же вся эта низина представляла собой огромную равнину, покрытую высокой золотистой травой, уже созревшие головки которой тяжело колыхались под легкими дуновениями степного ветерка. И все здесь казалось таким спокойным и безмятежным... вот только впереди, в миле от залегшего цепью отряда воинов, посреди золотисто-рыжих просторов, виднелись небольшие купола монгольских юрт – серые, черные, коричневые – они словно стеной окружали огромную серебристую глобулу космического корабля. Да, это действительно был звездолет, но такой гигантский, которого апачам никогда раньше видеть не доводилось, хотя формой он сильно напоминал их собственный разбившийся корабль.