Ник Полотта - Бюро-13

Пройдя два квартала, мы добрались до стоянки у ратуши. Судя по объявлению на будке охранника, стоянка работает круглосуточно. Но самого охранника что-то нигде не видно. Мой отряд на всякий случай развернулся веером, а мы с Минди вошли в будку: ничего подозрительного, кроме опрокинутой чашки с кофе. Жидкость из лужицы на столе капала на пол. Я проследил за падением капли – и уперся взглядом в стоптанные ботинки, выглядывающие из-под стола… В ужасе я отпрянул: в ботинках – ноги, аккуратно срезанные на уровне щиколоток… Тьфу, это совсем уж ни на что не похоже! Mondo bizzarro 5.

Наш фургон стоял на втором уровне, в середине. Мы специально выбрали это место – идеально с точки зрения безопасности: не сразу попадешь с улицы, защита сверху (третьим уровнем), и не видно с неба. Но сейчас ясно: наш противник – мастер устраивать засады в темных закоулках. Мы пошли по наклонному пандусу вверх, стараясь держаться середины; добрались до второго уровня. Какой сюрприз – света нет! Мы протиснулись к центральному ряду машин. Точно: охранник Джефф стоит и сличает номера машин с документами. Ног его, как и следовало ожидать, за цементным бортиком не видно.

– Привет, ребята! – Он широко улыбнулся и приветственно махнул нам рукой. – Кончилась ваша рыбалка?

– Чернота! – Я надел темные очки. – Сплошная чернота!

Он, очевидно, подумал, что я сказал "темнота", – вполне соответствует действительности. Но ребята поняли меня правильно: Донахью мгновенно пустил в ход ружье – расстрелял оборотня на кусочки. Мерзкое тело плюхнулось на землю, разорванная плоть с отвратительным чавканьем распалась, и наружу вышел прозрачный скелет. Окровавленные кости светились голубоватым светом, как стекло или лед.

– "Тунец"! – издал клич Рауль.

Мы все оторопели, монстр – нисколько: он как ни в чем не бывало стал слепо скрести когтями по черепу. Ричард выпустил в него стрелу из своего кольца – никакого впечатления. Тогда я решил играть жестко и крикнул, отстегивая часы:

– Таймекс!

Следом за мной все остальные тоже сорвали часы, перевели циферблат и швырнули их в эту нелепую пародию на человека. Результат действия самовзрывающихся устройств превзошел все ожидания. Когда дым рассеялся, на цементном полу осталась лишь полоска сажи.

– Никогда не встречался с подобными экземплярами, – заметил Ричард, вытирая платком слизь с рубашки. – Кому-нибудь удалось его заснять?

Джессика молча показала ему свою портативную камеру.

– Пошли! – нетерпеливо пробурчал священник. – В фургон!

Это предложение настолько совпадало с нашими желаниями, что мы добрались до фургона в рекордное время. Цел и невредим, он стоял, загорожен грузовиком. Двадцать два фута в длину, восемь в высоту – настоящий дом на колесах, скорее даже крепость на колесах. В окна вставлен плексиглас толщиной в целый дюйм, бронированный кузов выдерживает пули пятидесятого калибра. Все десять камер военного образца, самовосстанавливающегося типа. Фургон герметичен, с двенадцатичасовым запасом кислорода, нашпигован электронным оборудованием почище самолета "Эйр Форс-1", а ракетный отсек замаскирован под кондиционер воздуха. Но сейчас ракет в нем нет: я не счел нужным брать это вооружение с собой в отпуск. Хотя, видимо, в дальнейшем следует пересмотреть эту тактику.

Мы аккуратно отключили защиту от постороннего вторжения, нейтрализовали магический барьер и открыли двери. Следуя правилам безопасности, после столь долгого отсутствия следовало провести проверку, что мы и сделали, – машина чиста. Единственные живые существа в ней – сверчки, которых мы держали в коробочках, чтобы кормить нашего сторожа – живую ящерицу, маленькую, толстенькую рептилию пустынь, мы окрестили ее Амиго. Совсем на вид безобидную плотоядную ящерицу мы снабдили крошечным волшебным ошейником – не приведи Бог несчастному автомобильному вору забраться в наш фургон. Накрепко закрыв за собой двери, мы осторожно положили Ренолта на раскладывающуюся койку. Он был бледен как полотно, весь в поту, но не жаловался на наши неловкие прикосновения. Я быстро снял с него рубашку, мага, непрерывно что-то бормоча, наложили ему на грудь мягкую золотистую ткань. На наших глазах ушибы и ссадины стали бледнеть, и наконец наш Толстяк облегченно и мощно вздохнул.

Не беспокоясь больше за его состояние, я прошел в конец фургона. Донахью уже погрузил руки по локоть в ящик с боеприпасами, чтобы перезарядить свое ружье и набрать полный ассортимент для Ренолта. Минди точила свой радужный меч и проверяла результат на пригоршне острых как бритва восточных звезд, – они имеют название, но я его забыл. Джессика пробовала действие двуствольного лазерного пистолета. Я взял для себя двойной комплект зарядов для "магнума" и мешок с гранатами. Каждый обеспечил себя новыми часами.