Кэтрин Куртц - Адепт

Не в силах унять дрожь, Адам все же совладал с цепенящим страхом и заставил себя смотреть прямо в бездонные, полные адского пламени провалы глаз.

– Ты считаешь, ты одинок в своем гневе? – возразил он. – Те, кто нанес оскорбление тебе, оскорбили и меня – меня, Старшего в Совете Семи, поставленного Старейшими охранять Свет и силы Природы, что служат Ему, будь то люди или духи. Призвав из загробного мира чародея Майкла Скотта, человека, некогда дружившего с вашим племенем, эти злоумышленники преступили Извечный Закон. Они искалечили душу нынешнего воплощения Скотта – невинного ребенка, который может никогда не оправиться от того, что с ним сделали. Эти же дерзкие наглецы жаждут того, что им не принадлежит, – сокровищ Скотта, находящихся под твоей охраной. Это на них должен быть направлен твой гнев – не на меня, пытающегося остановить их.

Вихрь продолжал кружить, рассыпая искры безудержной ярости, угрожая оборвать ту непрочную логическую нить, что выстроил Адам.

Адам ощущал на себе взгляды оцепеневших от ужаса Перегрина и Маклеода. Когда существо нависло над ним, угрожая поглотить, Адам откинул голову и твердо встретил его взгляд.

– Я не тот, кто тебе нужен, – предпринял он последнюю попытку. – Тебе нужны те, кто похитил am Bratach Sith , – те, в чьих руках оно находится до сих пор, кто намерен с его помощью похитить книгу заклинаний Скотта и ваше золото! Покажи мне, где оно сейчас, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить их. Ни я, ни мои помощники не тронут того, что по праву принадлежит вашему миру. Более того, клянусь, если это в моих силах, вернуть am Bratach Sith на его законное место.

Адам ощущал, как его душу обжигает необузданная энергия существа, угрожая испепелить ее. Он пошатнулся, не в силах устоять против натиска, но не позволил себе отвести взгляда от того, что готово было поглотить его. Из последних сил он поднял фотографию и раскачивающийся на нити перстень.

– Покажи мне! – приказал он.

При этих словах существо испустило истошный визг и бросилось на него, оцарапав когтями крышку рояля. Карты и катушки полетели на пол.

– Покажи мне! – повторил он, невольно содрогнувшись, но не опустив глаз.

Оглушительный грохот взорвался в его мозгу, и он без чувств рухнул на пол. Должно быть, он потерял сознание всего на несколько минут, но когда очнулся, он лежал рядом с роялем, Маклеод с тревогой придерживал его голову, а Перегрин стоял на коленях с другой стороны. Он так и продолжал сжимать фотографию Знамени Фейри в левой руке, но ни перстня, ни нити не было видно.

– Слава Богу, вы живы! – прошептал Маклеод, от волнения заговорив с акцентом горца. – Боже праведный, парень, да он жив! Что это за тварь такая была?

Продолжая бороться с головокружением, Адам все же привел себя в сидячее положение.

– Все в порядке, Ноэль. Кажется, я все сделал как надо. И прошу вас, Перегрин, не смотрите вы на меня как на привидение. Это был всего лишь баньши.

– Баньши? – поперхнулся Перегрин. – Но…

– Как мне кажется, это можно определить точнее как дух Знамени Фейри, – продолжал Адам, подбирая под себя ноги. – Да помогите мне, оба! Раз я до сих пор жив, думаю, это должно было сработать. Мне нужно знать, куда делся мой перстень.

– Ваш перстень? – вскричал Маклеод. – Да вы хоть понимаете, что едва живы остались? Успокойтесь, а не то снова хлопнетесь в обморок. Да где эти чертовы капсулы с нашатырем… никогда не найдешь, когда нужны! – добавил он, шаря по карманам пиджака Адама. – Вечно вы, доктора, как сапожники без сапог!

Пытаясь успокоить их хотя бы жестами – слов его, похоже, никто не слушал, – Адам, шатаясь, поднялся на ноги, вцепился обеими руками в крышку рояля и огляделся по сторонам. Последствия гнева баньши виднелись по всей комнате. Карты, лежавшие прежде на крышке рояля, валялись на полу вперемешку с катушками ниток, а клочки разноцветной бумаги, усеявшие рояль, наглядно свидетельствовали о судьбе карты, лежавшей верхней в стопке. Полированная крышка оказалась изуродована: ее поверхность прочертили шесть параллельных царапин, обрывавшихся у единственной оставшейся нетронутой карты. И на этой самой карте поблескивал в электрическом свете сапфир в золотой оправе.

– Ах, так вот он где, этот ваш чертов перстень! – буркнул Маклеод, протягивая к карте руку. – Гляньте-ка, что сделалось с роялем!

Но Адам задержал его. Вытянутая по прямой нить, протянувшись от замка Данвеган, упиралась в середину озера Лох-Несс, а внутри ярко блестевшего золотого кольца виднелось название: замок Уркхарт .