Кэтрин Куртц - Адепт

Они обменялись рукопожатиями, и тут в проходном кабинете громко зазвонил телефон, избавив Перегрина от подобающих случаю фраз. Секунду спустя в дверь осторожно просунула голову секретарша Роули.

– Мистер Роули, это вас: доктор Миддлтон.

– А! – произнес Роули и потянулся к стоявшему на столе телефону.

Роули кивнул ему и помахал рукой, затем снял трубку. Пока Перегрин пробирался к миссис Трейл и отдавал ей документы, до него продолжали доноситься обрывки разговора.

– Хелло, Уильям! Ну, как там ваша конференция по Северному нагорью? Да? Неужели? Что ж, жаль, жаль. А ведь там должен был быть и Ребурн, так ведь? В конце концов, у него к Инвернессу не только научный, но и деловой интерес…

К своему удивлению, Перегрин сообразил, что невольно подслушивает, и мысленно обругал себя.

“О чем бы они там ни говорили, тебя это не касается”, убеждал он себя, шагая к выходу. Странное дело – обрывки разговора продолжали вертеться у него в голове еще долгое время после того, как он покинул здание музея.

Впрочем, когда он, поймав такси, вернулся в Каледонский клуб, он совершенно забыл об этом происшествии. В гостиной он обнаружил Адама, который сидел в кресле у лестницы и задумчиво потягивал виски. При виде Перегрина он поднял взгляд и отсалютовал стаканом, приглашая составить ему компанию.

– Здрасьте, – выдохнул Перегрин, бросив портфель на диванчик рядом с Адамом и скинув плащ. – Надеюсь, я не заставил вас долго ждать?

– Ничуть, – откликнулся Адам. – Я и сам только что вернулся. Повезло вам в музее?

– Боюсь, что весьма относительно, – признался Перегрин. – Я поработал с “Brevis Descriptio” и сумел сузить интересующий нас район до границ королевства Росс. Но мне с теми материалами, что были доступны, большего добиться не удалось. – Он вздохнул и поморщился. – Большинство карт, которые показал мне Роули, оказались копиями. Возможно, мне повезло бы больше, если бы у меня был доступ к оригиналам…

– Не торопитесь недооценивать свои успехи, – сказан Адам. – Росс уже значительно сужает границы поисков. Вы снабдили нас ориентиром, который может оказаться жизненно важным – это еще мягко говоря, ибо других сегодня у нас просто нет.

Перегрин выразил удивление.

– Я видел эту девочку Толбэт, – поспешил объяснить Адам. – Она и в самом деле та, кого мы искали. К сожалению, информация, которую мы хотели получить, на сегодняшний день совершенно недоступна.

– Почему? Что случилось?

– То, как призывали дух Скотта в Мелроузе, как с ним обращались, имело куда более разрушительные последствия, чем я предполагал, – прямо сказал Адам. – Это полное разрушение личности. На всех уровнях.

– Но разве она не вышла из комы? – спросил Перегрин.

Адам позволил себе устало улыбнуться, мотнул головой и прижался лбом к холодному стеклу стакана.

– Если бы все было так просто, Перегрин, – пробормотал он. – В медицинском смысле девочка находится в сознании, но почти в кататонии. Это классические реакции аутизма – точнее, отсутствие реакций. Нет, ее личность разрушена на всех уровнях. Я знаю точно. Я там был.

Перегрин в замешательстве нахмурился – да и вид изможденного Адама вызывал у него жалость, – но прежде чем он успел задать новый вопрос, официант принес виски. Он рассеянно поблагодарил его, механически отпил, встрепенулся и с уважением посмотрел на стакан.

– Ого! – заметил он, любуясь игрой света в янтарном напитке. – Чистый ячменный?

– “Мак-Аллан”, – кивнул Адам. – Так вы хотели что-то спросить?

Перегрин сделал еще глоток и кивнул, покачивая стаканом.

– Вы сказали, ее личность разрушена – но разве личность Майкла Скотта, с которой мы имели дело, не является самостоятельной?

– Да, но не забывайте, что я сравнивал личности последующих воплощений с масками, – ответил Адам, слегка понизив голос: их беседа приобрела слишком специфический характер. – Дух есть воплощение непреходящего, бессмертного – того, что носит маску каждой последующей инкарнации. Однако чистый дух, если только он не достиг исключительного совершенства, не может общаться с людьми во плоти иначе как посредством данной ему маски – нынешней или одной из предыдущих. Я вынужден констатировать, что все маски, в которые воплощался когда-либо дух, ныне занимающий тело по имени Джиллиан Толбэт, разрушены – включая маску Майкла Скотта. До тех пор пока по меньшей мере эта маска не будет вновь собрана воедино, мы не сможем получить никакой новой информации о Майкле Скотте.