Кэтрин Куртц - Адепт

– Как никогда, – откликнулся Перегрин. Он сел напротив Адама и с деланным равнодушием принялся разворачивать свою салфетку. – Хэмфри сказал, что заказал нам места на двенадцатичасовой рейс в Лондон. Еще он сказал, чтобы я захватил с собой по крайней мере одну смену белья.

– Все верно, – кивнул Адам. – Мне удалось выяснить точное местонахождение Джиллиан Толбэт.

– Правда? – Изумление во взгляде Перегрина мешалось с облегчением. – Так где же она?

– Лежит в больнице Чаринг-Кросс в Хаммерсмите, – ответил Адам. – Я звонил туда всего несколько минут назад. Нет почти никаких сомнений, что это именно тот ребенок, которого мы ищем.

– Это потрясающе! – вскричал Перегрин, и тут же лицо его приобрело озабоченное выражение. – Но… но почему она до сих пор в больнице? Мне казалось, вы говорили, что она поправится, как только Скотт вернется обратно.

– Я надеялся, что она выздоровеет, – признался Адам. – Увы, сведения об этом неоднозначны. Как вы справедливо заметили, некоторое время она лежала в коме. Именно в таком состоянии ее привезли в больницу вчера утром. Вчера, во второй половине дня, она очнулась – вы сами можете догадаться, когда это произошло, – однако абсолютно не реагирует на окружающее. Мне удалось узнать фамилию ее врача и то, какие анализы ей назначены, – больше они по телефону и не скажут. Я собираюсь отправиться в больницу и попытаюсь ее осмотреть; желательно без посторонних, чтобы не возбуждать излишнего любопытства.

– Но я-то вам при этом буду только помехой, – заметил Перегрин. – Я ничего не знаю о больницах. Я и пациентом-то там ни разу не был.

– Для вас у меня отдельное поручение, на другом конце Лондона, – кивнул Адам. – Как у вас с латынью?

Перегрин озадаченно посмотрел на него:

– Боюсь, слегка заржавела. Не вспоминал о ней несколько лет.

– Возможно, вы сами удивитесь тому, как быстро восстанавливаются утраченные навыки. Вот, возьмите.

Адам протянул Перегрину верхнюю книгу из стопки: симпатичный на вид томик в коричневом кожаном переплете; его пожелтелые страницы напоминали фактурой хорошую бумагу для акварели. Позолоченные буквы на корешке составляли надпись: “Из собрания клуба Мэйтленд – т. IV, ч. I”. Из короткого вступления на первой странице следовало, что “собрание” являет собой коллекцию “подлинных записей и других документов, отображающих историю и культуру Шотландии”.

– Посмотрите начало второго раздела, – посоветовал Адам. – Двадцать первая страница.

– “Brevis Descriptio Regni Scotie”, – вслух прочел Перегрин. – “Краткое Описание Шотландских Княжеств”? – Он вопросительно посмотрел на Адама.

– “Brevis Descriptio” – это описание Шотландии тринадцатого века, увиденной глазами англичанина, – объяснил Адам. – Географических карт в то время не существовало, и этот документ является самым древним из дошедших до нас описанием населенных пунктов Шотландии. Его оригинал находится в Британском музее. Я хочу, чтобы вы съездили и посмотрели на него.

– Ладно, – кивнул Перегрин. – Но что такого я должен увидеть в оригинале, чего нет здесь?

– Любые психические отголоски, – невозмутимо ответил Адам. – Связи “Brevis Descriptio” и ваших собственных рисунков из Мелроуза. Если замок, что показал вам Скотт, существовал во времена написания “Descriptio”, вам, возможно, удастся уловить симпатические резонансы, возникшие между вашими набросками и манускриптом, а это даст нам подсказку, где искать тайник.

Сомнение, отразившееся на лице Перегрина, было таким явным, что Адам не удержался от улыбки.

– Вам нечего бояться, – произнес он. – Я бы не послал вас с таким поручением, если бы сомневался, что вы в состоянии с ним справиться. И вообще этот процесс не слишком отличается от соединения двух электрических контактов проводником. Вот метод, который я предлагаю использовать…

Перегрин внимательно выслушал инструкции Адама; недоверие на его лице сменилось живейшим интересом.

– Ну, это , мне кажется, я осилю, – сказал он, когда Адам закончил. – Послушать вас – это совсем несложно, хотя скажи вы мне хоть неделю назад, что у нас состоится такой разговор, я решил бы, что как минимум один из нас спятил.

Адам улыбнулся:

– Жизнь – непрерывный процесс обучения, и это обучение продолжается из одной жизни в другую.

– Похоже, я вам почти верю, – признался Перегрин. – Есть, правда, еще один момент, который меня беспокоит. Я понял, что надо делать, когда заполучу нужные манускрипты. Однако неизвестно, позволят ли музейные сотрудники вообще посмотреть на них. У меня ведь нет никаких разрешений для научных работ такого рода.