Кэтрин Куртц - Высший Дерини

Он наклонился над Дерри, положив руки на подлокотники кресла. Лицо его было совсем рядом с лицом Дерри.

– А может быть, скормим его карадоту, а? – продолжал Венсит. – Ты знаешь, что такое карадот, малыш?

Дерри с трудом проглотил слюну, но не рискнул отвечать. Он не доверял своему голосу.

Венсит засмеялся.

– Ты не знаешь, что такое карадот? Это большой пробел в твоем образовании, этот твой Морган допустил промашку. Покажи ему карадота, Ридон.

Коротко кивнув, Ридон подошел поближе к Дерри и со злорадным выражением на лице стал чертить пальцем в воздухе какие-то знаки.

Венсит отступил назад, за кресло Дерри.

Ридон забормотал какие-то слова на незнакомом языке, слова древнего заклинания. Воздух под его пальцами трещал и сыпал искрами. Запахло серой.

И вдруг перед Дерри возникло жуткое создание, которое, казалось, вышло из самого Ада. Рычащий, хрипящий ужас, окрашенный в малиновое, зеленое, грязно-коричневое. Зловонная пасть, усеянная огромными кривыми зубами, извивающиеся щупальца тянулись к его глазам все ближе… ближе… ближе…

Дерри закричал, закрыл глаза и отчаянно забился в стягивающих его путах, почувствовав на лице зловонное дыхание чудовища. Он слышал рычание монстра. Отвратительный запах сдавил ему грудь.

Внезапно наступила тишина, он уловил дыхание свежего ветерка и понял, что чудовище исчезло.

Юноша открыл глаза и увидел, что Ридон и Венсит насмешливо смотрят на него.

Серебряные глаза Ридона все еще были подернуты дымкой какой-то темной, непередаваемой мощи.

Дерри били судороги, он дышал тяжело, с хрипом и смотрел на двух колдунов с ужасом.

Рот Венсита скривился в усмешке. Повернувшись к Ридону, он отвесил шутливый поклон.

– Благодарю, Ридон.

– Всегда к вашим услугам, сэр.

Дерри с трудом проглотил слюну, но говорить не мог. Он старался унять темный ужас, который все еще властвовал над ним. Он решил, что они не отдадут его этому чудовищу, пока, по крайней мере, не узнают от него всего, что хотят знать, но эта мысль не успокаивала.

Постепенно его дыхание выровнилось, голова выпрямилась.

– Ну, мой юный друг, – спросил Венсит, снова склонившись над Дерри, – скормить тебя карадоту? Или найти тебе лучшее применение? У меня сложилось впечатление, что тебе не понравился наш зверинец, но ты-то ему пришелся по вкусу.

Дерри опять проглотил слюну, отгоняя приступ тошноты.

Венсит хмыкнул:

– Только не карадот? А ты как думаешь, Ридон?

Голос Ридона был холоден и бесстрастен:

– Я думаю, нужно придумать что-то другое, сэр. Мне нравится кормить карадотов, но мы не должны забывать, что Син лорд Дерри – сын графа, человек благородного происхождения. Вряд ли он подходящая пара для карадота, разве ты не согласен?

– Но он очень понравился карадоту, – возразил Венсит.

Его глаза были устремлены на Дерри, который содрогнулся при этих словах.

– И все же ты прав. Живой Син лорд Дерри гораздо более полезен для меня, чем мертвый, хотя он, вероятно, пожалеет, что остался жив.

Он сложил руки на груди и со зловещей усмешкой уставился на юношу.

– Ну, а теперь ты расскажешь нам все, что знаешь о силе Келсона – военной и тайной. А когда закончишь, расскажешь все о Моргане.

Венсит смотрел на него своим вселяющим ужас взглядом.

Дерри напрягся, в его голубых глазах вспыхнул гнев.

– Никогда! Я не предатель!

– Хватит, – оборвал его Венсит и склонился над ним, почти физически ударив взглядом какой-то жуткой мощи.

Венсит смотрел прямо в глаза Дерри своими глазами, которые казались тому двумя озерами расплавленного сапфира. Затем Дерри с трудом отвел взгляд, отвернул голову, в отчаянии закрыл глаза.

Он знал, хотя и не понимал, откуда ему известно, что Венсит пытается прочесть его мысли. Юноша не мог противостоять проникновению этого чужого враждебного разума. Он рискнул приоткрыть глаза и увидел, что Венсит выпрямился, удивленно глядя на Дерри и нахмурив брови.

Венсит долго смотрел на пленника с подозрением, затем, подумав, подошел к стоящему у правой стены сундуку. Подняв крышку, он долго копался там, пока не нашел то, что искал. Когда он выпрямился и повернулся, Дерри увидел в его руках хрустальный пузырек, наполненный какой-то светлой жидкостью, имеющей молочный оттенок.

Достав откуда-то глиняный пузырек, колдун капнул из него четыре золотых капли в молочную жидкость, которая сразу превратилась в ярко-красное сверкающее зелье, напоминающее кровь. Венсит поднес свое творение к факелу, а затем повернулся и подошел к пленнику, размешивая содержимое пузырька медленными вращательными движениями рук.