Кэтрин Куртц - Высший Дерини

Незнакомец смотрел на него и, выслушав его предположение, слегка улыбнулся.

Морган продолжал:

– Должно быть, ты скрываешься уже долгие годы, как Дункан. И не хочешь, чтобы кто-нибудь узнал об этом. Так?

– Пусть будет так.

Морган нахмурился и посмотрел на Дункана, поняв, что незнакомец посмеивается над ним.

Но Дункан покачал головой.

– А эта опасность? – спросил он, подходя ближе. – Эти враги-Дерини, кто они?

– Очень жаль, но я не могу вам сказать.

– Не можешь сказать? – переспросил Морган.

– Не могу сказать потому, что не знаю сам, – перебил его незнакомец, подняв руку и прося тишины. – Могу сказать только вот что: те, чья обязанность знать все, предполагают, что вы обладаете могуществом Дерини в полном объеме, то есть таким могуществом, которым вы не должны обладать.

Морган и Дункан ахнули от изумления, а незнакомец отошел к двери и натянул капюшон.

– Помните: они собираются проверить свое предположение и собираются вызвать вас на поединок, чтобы проверить ваши истинные возможности.

Он оглянулся, чтобы бросить на них последний взгляд.

– Подумайте об этом, друзья. И побеспокойтесь, чтобы они не нашли вас раньше, чем вы сами будете уверены в своих силах, каковы бы они ни были!

С этими словами незнакомец кивнул им и пошел туда, где паслись лошади Дункана и Моргана. Животные даже не обратили внимания на его приближение.

Морган и Дункан подошли к двери, чтобы посмотреть ему вслед, а он, увидев их, поднял руку, как бы благословляя, зашел за лошадей и исчез.

Морган немедленно бросился на то место, откуда только что исчез незнакомец. Он хотел обнаружить хоть какой-нибудь след, но не смог.

Дункан постоял, прислонившись к двери и вспоминая все, что произошло с ними, затем направился седлать лошадь.

– Ты ничего не найдешь, Аларик, – мягко сказал он. – Не больше, чем я нашел на дороге в Корот несколько месяцев тому назад, – он посмотрел на землю, покачал головой. – Никаких следов, как будто его никогда здесь и не было.

А может быть, действительно не было?

Морган задумчиво взглянул на Дункана, а затем вернулся в часовню, чтобы осмотреть пыльный пол. Уж здесь-то следы обязательно должны остаться, но, к сожалению, Морган и Дункан все затоптали своими сапогами и ничего нельзя было разобрать.

И на сырой земле тоже не было никаких следов этого таинственного незнакомца.

– Враги-Дерини, – выдохнул Морган, вернувшись к своему кузену. – Ты понимаешь, что это значит?

Дункан кивнул.

– Это означает, что Дерини гораздо больше, чем мы с тобой думаем.

Тех Дерини, которые знают, кто они и как пользоваться могуществом.

– А мы с тобой не знаем ни одного, за исключением Келсона и Венсита из Торента, – пробормотал Морган, приглаживая золотые волосы. – Черт побери, Дункан, куда мы с тобой влезаем?

В последующие дни все отчетливее вырисовывалось, в какую историю влезают эти двое.

Несколькими часами позднее Морган и Дункан остановили своих лошадей в густых зарослях на обочине дороги, ведущей в Джассу, и прислушались.

Их было не узнать в простой одежде, заросших бородами, верхом на самых обычных лошадях. Они не возбуждали подозрения ни в ком, кто встречался им по дороге. А встречались фермеры, солдаты, торговцы с караванами товаров, отмеченные эмблемами самого епископа Джассы.

Никто их не останавливал. И теперь, когда они подъехали к долине, ведущей в Джассу, дорога была пустынна.

Последний перевал отделял их от этой долины, и там, сразу за перевалом, стояла часовня Святого Торина. Они оба внутренне содрогнулись, вспомнив свое последнее путешествие в эти места.

Святой Торин был покровителем Джассы. По традиции те, кто подъезжал к городу с юга, как сейчас Морган и Дункан, должны были остановиться и оказать почести этому Святому, защитнику города, и только после этого они получали разрешение переправиться через озеро и войти в город.

Совсем недавно, а точнее – три месяца тому назад, у озера стояла часовня, древнее строение, целиком сделанное из дерева – обычного строительного материала этой местности.

В нее нужно было войти одному и без оружия.

Помолившись там, путник получал эмблему на шляпу, означавшую, что ему дано от Святого Торина разрешение на въезд в город. Имея такую эмблему, путешественник переправлялся через озеро на лодке.

Ни один перевозчик не повез бы человека, не имеющего эмблемы.

Никакая плата не могла бы его соблазнить.

Поэтому путешественник, который хотел войти в город через южные ворота, желая избежать двухдневной езды к северным воротам, где вход был свободным, молился в часовне Святого Торина. Для многих сэкономленное время было дороже молитвы.