Линда Андерсен - Одинокое сердце

Мистер Маккормик подошел к Миллисент и первым поздравил ее с предстоящим замечательным событием в ее жизни, поцеловав руку.

Никто из присутствующих никогда и не думал, что водители тяжелых грузовиков могут быть такими изысканно галантными в своих поступках.

Через девять месяцев Миллисент Лонгсдейл родила двойню – мальчика и девочку.

У родильного отделения филадельфийской клиники стоял серебристый «мерседес» Бенджамина, на переднем сиденье лежал прекрасный букет роз – алого, восторженного цвета.

Розы сладко пахли, их аромат хотелось вдыхать бесконечно. Эти цветы были из сада супругов Лонгсдейлов, из цветника, который Миллисент успела устроить во время беременности.

– Счет открыт, – нежно сказал счастливый отец, встречая жену и малышей. – За тобой еще трое.

– За тобой тоже, – ответила она и добавила: – Я люблю тебя безумно, милый Бенджамин.

– Надо же? – удивился он, сияя белозубой улыбкой. – А я и не догадывался.

Когда счастливое семейство уселось в автомобиль, и новорожденные заняли свои места в дорожных кроватках, Бенджамин нежно тронул Миллисент за руку и тихо сказал:

– Милая, посмотри, кто там пристроился у заднего стекла. По-моему, это наш старый знакомец, господин Михельсон.

Миллисент взглянула и чуть было в сердцах не стукнула мужа-шутника по макушке.

У заднего стекла лежало лохматое потрепанное чучело скунса. Его желтые стеклянные глаза смотрели на окружающий мир настороженно.

– Я подумал, что не за горами то время, когда у наших ребят начнут резаться зубы… – Бенджамин улыбнулся и нажал на акселератор.

А Миллисент высунулась из окна автомобиля и сфотографировала на память провожающих, в которой выделялась парочка стариков-соседей, а также сестрица Маргарет в невероятно экстравагантном платье. Миссис Лонгсдейл обожала всех, но еще больше любила своего мужа и детей. Теперь, когда малыши появились на свет, жизнь наполнилась новым смыслом, а внутри молодой матери словно пробудился мощный источник радости, силы и неиссякаемой уверенности в том, что теперь все будет хорошо. Ведь Бенджамин был рядом, и она чувствовала тепло и надежность его плеча.