Илья Соколов - Тессеракт

Такие вот посетили меня мысли, при первичном визуальном ознакомлении с потенциальным противником. Это потом я смогу убедится, что те самые тощие Буратины в спортивных костюмах, окажутся самыми опасными врагами. Но, обо всём, пожалуй, по порядку.

Итак, совершив беглый осмотр копошащегося противника, я повернул голову к Коту, который невозмутимо сидел слева от меня, и вопросительно кивнул. Кот почесал за ухом передней, как это не странно, лапой, и сказал:

– Как нехорошо нападать с таким перевесом, ай-ай-ай, – с театральной скорбью в голосе, – Придётся принять бой, хозяин. Крысомордых беру на себя!

– Для того мы здесь и есть, – с неожиданным для самого себя задором ответил я, – Но, как же ты их взгреть собираешься? Они ж тебя больше раз в десять. И не называй меня хозяином, кстати. Нафиг. Мы ж с тобой, вон сколько лет знакомы. Негоже над разумным существом хозяином быть.

– Ладно, больше не буду. Я, честно говоря, и сам надеялся, что ты так подумаешь и скажешь. Сам понимаешь, гордость кошачья, – он истово хохотнул, – но всё же, как-то неудобно было. А про методы воздействия и соотношение размеров сражающихся, это ты не беспокойся. Справлюсь ещё как!

– Ну смотри.

Тем временем, твари перестали копошиться, и выстроившись в линию, двинулись к нам. К нам, таким, казалось бы, беззащитным и немощным. К нам, в сторону своей погибели.

Для начала, как меня о том и просил Чих, я попробовал применить прежний метод, уже опробованный на двух предыдущих тварях. Я повернулся лицом к наступающим монстрам, расправил плечи, ноги поставил пошире, состроил каменное лицо. В общем, принял героическую стойку. И продекламировал то же что в прошлый раз бросил второпях, наступающим в лицо:

Сволочи, сгиньте в глубинах земли,

Как в океанских волнах корабли!

И опять, к радости Чиха с Пыхом, Афтонгила, и моей, кстати, тоже, оно свершилось!

Поверхность, покрытая мусором, начала, казалось бы медленно, а на самом деле, довольно быстро расползаться, образуя в себе прореху. Вновь раздался оглушительный, чудовищно оглушительный скрежет ржавых воротных петель. И вновь же, неведомая сила тащила адские исчадия под землю. Моё «стихотворное» заклинание, не очень то и стихотворное, и не очень то заклинание, на самом деле, захватило в этот раз троих уродцев. Этими счастливцами, оказались двое прямоходящих ящеров, знакомых по предыдущей схватке, и один крысомонстр.

Два ящероподобных монстра, так же, как и в прошлый раз, пытались вылезти из трещины на поверхность, но у них, как они не старались, ничего не вышло. Крыс же, злобно шипя, и матерясь, ушёл под землю почти без сопротивления. Да, именно матерясь. Я сначала думал, что мне послышалось, но потом повернулся к Коту, и увидел его недоумевающую морду. Хотя, мордой теперь это назвать было нельзя. Появилась, какая-то… осмысленность, что ли. И раньше то, ещё дома, он проявлял недюжинный, для кота интеллект. Ну а теперь, когда я понимаю его, он меня, мы можем без проблем поговорить, нет… это уже не морда, это самое настоящее лицо!

Так вот, увидев его недоумевающую морду… то есть уже лицо, стало понятно, что мне не показалось.

– Ну во-первых. Ты зачем моего крысюка замочил? У тебя вон, своих навалом, – шутливо-обиженный тон, – а во-вторых: они что матерятся?!

– Похоже на то. Я тоже слышал. Потом надо спросить у сисадминов, что к чему.

Тем временем, Кот подошёл к оставшимся троим крысюкам, и встав на задние лапы сказал нахальным тоном:

– Ну что, биться будем, или сразу сдаётесь?

– Да пошёл-ка ты на #@$, подстилка! – сказал грубым басом, но при этом с визгливыми интонациями тот, что был чуть впереди остальных.

«Ты смотри, и правда говорить умеют. Или только материться?» – подумалось мне. Я отвлёкся, и в этот момент меня ударило что-то очень массивное.

Наверно я даже потерял сознание, не на долго, всего на несколько секунд. Но этого было достаточно, чтоб картина боя с монстрами, и нашего с Котом победного «марша» изменилась. Я валялся в той самой куче мусора. Опять. Грудная клетка болела, а голова нет. Нет, не болела, а ужасно болела! Просто раскалывалась, на много кусочков, а потом эти кусочки осыпались вниз, обнажая незащищенный более мозг. Такие, во всяком случае, были ощущения. Потрогал, вроде всё цело. Но ощущения… да уж.

Кот, тем временем был оттеснён к противоположному от меня, и кучи мусора, краю импровизированной арены, и практически прижат к стене разрушенного строения. Знают, гады, что делать! «Разделяй и властвуй», в конкретной ситуации. Крысюки же, стояли посреди площадки, и вяло переругивались между собой, и здоровенным бронированным громилой. Да, именно стояли и переругивались, не принимая активного участия в схватке. А кто же тогда учинял беспредел? Вот именно, кто?