Ольга Гусейнова - Венчанные огнем

— Это уже не важно, огненная! Мы здесь, и наш спор должен быть решен любым способом. Лично для меня предпочтительнее смерть. Всех дрийя!

Дальше начался ад. Полетели молнии, хлынул дождь, завыл ветер — дрийя успешно отражали драконье пламя. Кое-кто из наших владеющий, наверное, магией земли, за неимением возможности применить ее в воздухе, недолго думая, вцепился в туши драконов и драл их когтями и клыками. Мягко говоря, тошнотворное зрелище для лиц, не достигших зрелого возраста, к коим я себя отнесла, судя по ощущениям.

— Да пойми же ты, наконец, Арвен! — в ужасе заорала я, предприняв настойчивую попытку достучаться до черного чешуйчатого мстителя. Ты слышишь, я люблю его! Люблю больше жизни. Жить без него не могу!

Арвен помрачно выплюнул:

— Тем хуже для него!

А Тервишесс замер, пораженно глядя на меня, и чуть не попал под огненную струю Арвена. К счастью, любимый успел увернуться. Пока дракон разворачивался для новой атаки, вокруг меня образовалась странная переливающаяся сфера, похожая на огромный мыльный пузырь. Напрасно я штурмовала ее стенки — она мягко откидывала меня обратно в центр. После нескольких неудачных попыток выбраться, я притихла и молча наблюдала за воздушным боем. Если сначала я думала, что моих соплеменников огромные драконы сомнут, словно бульдозер, то теперь убедилась, дрийя нет равных.

Гораздо более крупные по сравнению с ними, драконы оказались менее поворотливыми, медлительнее, она тяжелее маневрировали и разгонялись. Даже их ответное пламя было не столь метким, как им бы того хотелось. Я наблюдала за битвой титанов — по-другому это побоище не назовешь. В стороны летели паленые перья, драконья чешуя, раздавались то мрачные ругательства, то глухой болезненный рык. Мельтешение тел, огонь, вода и ветер смешались вместе с молниями или градом. У меня кружилась голова, подкатывала тошнота. Победа уже практически была у нас в лапах, осталось лишь немного поднажать. Арвен с Тервишессом соревновались в магическом поединке, пытаясь выяснить, кто сильнее.

Но тут произошло непредвиденное. Эйнисс — самый старший дрийя, — сраженный прямым попаданием по крыльям огненной струи полетел вниз, кувыркаясь. Заметивший его Шервисс отвлекся от своего противника, чтобы перехватить товарища на лету. Оставшийся в одиночестве серебристый дракон, изрядно потрепанный и окровавленный, ринулся к Теру и на подлете выпустил ему в спину огонь. Тер, словно почувствовав опасность, резко развернулся, уходя с траектории пламени, но не успел — ему опалило бок.

Я смотрела на все словно в замедленной съемке. Вот он заваливается на здоровый бок и падает, как сломанный стебель. А рядом нет силы, способной подхватить его, спасти это прекрасное создание природы. Глаза Тера медленно закрываются, в последний миг я успеваю перехватить его взгляд, полный грусти и боли.

Его боль смешивается с моей, усиливая ее и заставляя перелиться через край. Мое пламя вырывается наружу и заполняет сферу, сдерживающую меня и, наконец, разрушает ее. Я стремительно несусь к медленно падающему Теру, а к нему на помощь уже спешит пара наших окровавленных телохранителей, в своей крови или чужой, не знаю, но это уже не важно, потому что они подхватывают его, а я зависаю между ними и драконами.

Во мне горит месть и боль. Его боль и моя слились, а к ним примешался страх. Но боль пересилила, заставила выйти из транса и прохрипеть застывшим, словно мухи в киселе, голосом, от которого у меня самой зашевелились от страха волосы на загривке:

— Я послана богами, чтобы спасти дрийя! Неужели, ты, Черный Арвен, не хочешь, чтобы дух Даирс, наконец, освободился? — В моем голосе взревело пламя и жажда мести: — Я уничтожу любого, кто посягнет на жизнь моего любимого, каким способом — не важно. Как думаешь, дракон, что боги сделают с мерзавцем, покусившимся на их посланца?! Во мне их кровь и плоть, и не тебе решать, кому сегодня умирать! Проваливай отсюда, пока проклятие не легло и на твой народ!

Я блефовала, не в силах сдерживать свое оголодавшее пламя, жадно гудящее вокруг тела. Оно срочно требовало подпитки, а пока не получит своей жертвы, будет грызть меня изнутри.

К моей невероятной удаче, расчет запугать врага сработал: драконы медленно отступили, нехотя развернулись и отправились восвояси. Они улетали тяжело, а некоторые с большим трудом размахивали крыльями, то и дело заваливались на бок. В этой битве досталось всем, и победителей не было.