Хавьер Моро - Индийская страсть

Анита взяла себя в руки и принялась разворачивать пакет, обернутый бумагой и куском материи. Резкий приступ тошноты не дал ей довести начатое дело до конца. Увидев зеленых блестящих червей, она выронила сверток и вскрикнула. Старый слуга отнес ящик в сад и стал доставать то, что он никогда в своей жизни не видел. Это были два куска кровяной колбасы из Бургоса, ветчина из Хабуго, несколько ламанческих сыров, полных червей. В том, что произошло с посылкой, не было ничего удивительного, ведь путешествие ящика из Испании в Индию продолжалось пять месяцев. В пакете было милое письмо от семьи Дельгадо, в котором выражалась надежда, что эти яства помогут Аните не умереть с голоду, пока она будет привыкать к индийской пище. «Они что, забыли, где я живу?» — спросила себя Анита, решив отправить родителям срочную телеграмму, в которой просила ничего больше ей не присылать, поскольку она хорошо питается, «по-европейски», и даже пьет французскую минеральную воду.

В письме также были тревожные новости. Ее сестра Виктория все-таки объявила о свадьбе с этим дураком Джорджем Вайненоом. Родителям не удалось предотвратить помолвку, несмотря на все попытки удалить дочь от американца и увезти ее в Малагу. В один прекрасный день Вайненс появился в их доме и попросил руку Виктории. Получив отказ, он поднял скандал, вытащил пистолет и стал угрожать им, заявив, что покончит жизнь самоубийством. В конце концов, поскольку Виктория была влюблена в него, он добился своего. Будучи протестантом, Вайненс принял последнее условие родителей: перейти в католичество, потому что, как записала Анита в своем дневнике,«.. моим родителям хватило и одной дочери, отданной в жены неверному, и они не собирались позволять, чтобы все их дети отказались от своей веры».

Виктория выйдет замуж в мае, и — как жаль! — Анита не сможет присутствовать на торжестве в Малаге, как и ее родные не смогли приехать на их с раджей свадьбу. Мир слишком велик, и разлука любящих существ воспринимается особенно тяжело в важные моменты, которые являются вехами в истории семьи. Как бы ей хотелось поговорить с кем-нибудь из близких в эти последние дни своей беременности! Рядом с ней раджа, всегда любящий и внимательный, и мадам Дижон, которая сопровождает ее повсюду, продолжая обучать французскому языку. А вот служанка Лола, уроженка Малаги, как и сама Анита, которая должна была бы быть ей ближе всех, раздражает молодую госпожу. Эта девушка слишком слаба и капризна, ей ничего здесь не нравится, и она не предпринимает даже попытки как-нибудь приспособиться к здешним условиям. Лола для нее скорее обуза, чем помощница. Анита с удовольствием отправила бы ее назад в Испанию, но предпочла подождать и не делать этого до рождения ребенка.

Лола практически ничего не делала, кроме того, что помогала ей одеваться. А ведь с Анитой нужно было постоянно заниматься, потому что с ней все время что-то происходит, хотя, честно говоря, в большинстве случаев только в воображении.

Анита была благодарна доктору Варбуртону, доброму человеку с густыми седыми усами, который всегда приходил к ней в своем неизменном цилиндре. Он внимательно следил за развитием беременности и пытался отогнать ее страхи перед родами. Она познакомилась с акушеркой, индианкой, помогавшей при родах остальным женам раджи и напоминавшей ей андалузскую цыганку. Но она не могла поговорить с ней из-за незнания языка. Анита чувствовала себя одинокой. Несмотря на то что она была окружена людьми, они казались ей странными и испанка практически ни с кем из них не общалась.

Жизнь на вилле Виопа Vista была в общем-то спокойной, особенно после того как установилась жара. Анита вспоминала хрустальный утренний воздух в Кашмире, где они провели несколько дней медового месяца в одном из дворцов махараджи Хари Сингха, расположенного у самого озера, покрытого лотосами. Сринагар, столица Кашмира, которую называют восточной Венецией, была такой милой, что казалось невозможным, чтобы «кто-нибудь мог быть здесь несчастным». Анита сказала об этом махарадже в качестве комплимента, и тот ответил ей, что она может считать этот дворец своим домом. Махараджа, индиец с задатками римского императора, правил четырьмя миллионами мусульман на территории, равной по величине Испании и прекрасной, как рай.

Через огромную долину изумрудного цвета, над которой возвышаются вершины Гималаев, укрытые вечными снегами, протекают полноводные реки, а над ними машут крыльями зимородки, готовые в любую секунду броситься на добычу. От лугов, пестреющих фиалками и тюльпанами ярко-красного цвета, нельзя отвести глаз. Анита увидела здесь больше фруктов, чем во Франции: клубника, ежевика, малина, груши, сливы и вишни — все такое спелое, что лопается даже от легкого прикосновения. Анита никогда не нюхала столько разнообразных цветов, как в садах Шалимара, и запах сумерек, когда она лежала в гамаке с чашкой чая, казался ей опьяняющим. Это были незабываемые дни. Они играли в теннис, бродили по полям, присутствовали на матчах в поло и созерцали величественный заход солнца, опускавшегося в искристые воды озера. Анита с удовольствием каталась в шикаре , лодочке в форме гондолы, которые носили здесь непривычно затейливые названия: «Гнездышко влюбленных» или «Нежная птичка весны».